rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
Яндекс.Метрика

Невыдуманные истории

Две дуэли

Еще в пушкинские времена, в 1836 году, Донскую область посетила известная тогда писательница графиня Евдокия Ростопчина. Под впечатлением этой поездки она сочинила пространное стихотворение о Доне. В отличие от других визитеров графиня выразила в нем полнейшее разочарование от встречи с великой рекой и не поскупилась даже на весьма негативные ее характеристики. Она с наигранным пафосом восклицала:

"Ты-ль это Дон? Какой ничтожный!

Как мелок, как спокоен ты!

О, сколь ошибочны и ложны

Рассказы шумные молвы!"

Поэтесса не приминула сравнить Дон с "безжизненным болотом" и бросить надменный упрек: "Ты дряхл, ты хил". Закончила же она свое сочинение укором в том, что "Дон бессильный" многократно и незаслуженно восславлен, "а не воспеты меж степей текут Урал и Енисей".

Стихотворение Ростопчиной вызвало в Донской области волну возмущения и негодования. Выразителем этих настроений стал новочеркасский литератор и историк Василий Дмитриевич Сухоруков. Он достойно ответил на оскорбительный выпад графини. Поскольку вызвать даму на дуэль не представлялось возможным, Сухоруков решил заменить ее литературным поединком. Недаром же он дружил с А.С. Пушкиным и очень ценил силу и меткость его поэтического слова. Причем, Сухоруков написал ответ Ростопчиной не от своего имени, а как бы предоставил слово самому Дону, униженному в ее стихах. Река в послании неожиданно заговорила. Это несомненно усилило воздействие сухоруковского ответа на читателя:

"Меня вы славить не хотите,

Я дряхл и хил, - вы говорите,

Не хил, не дряхл, а древен я,

Во времени мне нет преданья,

И вечность - летопись моя;

Я современник мирозданья.

В своих стихах Сухоруков не только дал достойную отповедь упрекам Ростопчиной, но не упустил возможности высказать свой восторг и восхищение перед великой рекой России:

"Вы говорите: "грязен я,

Но вы видали-ль, как объята

Бывает искрами заката

Моя алмазная струя".

В среде донской интеллигенции и казачьего офицерского корпуса ответ новочеркасского литератора вызвал живейший отклик и горячее одобрение. Опальный, гонимый властям Сухоруков, подозревавшийся в причастности к заговору декабристов, стал восприниматься на Дону как подлинный герой. Его стихи здесь заучивали наизусть, переписывали на память.

Удивительно, но спустя почти полтора десятилетия после описываемых событий подобный поэтический поединок вновь повторился. Прибывший в степные края известный столичный литератор Нестор Васильевич Кукольник отметил свой визит стихотворным посланием "К Дону". В этом сочинении присутствовала изрядная доля оценок, перекликавшихся с выпадами Ростопчиной. Например, обращаясь к легендарной реке, Кукольник попрекал Дон такими словами: "Богат, а сам в грязи лежишь". И далее: "Как у младенца спит у тебя простая совесть, бредешь ты нищенской тропой и про себя ворчишь". Местных жителей столичный гость тоже не стал жаловать и обозвал "казачества обломками".

В то время Сухорукова уже не было в живых, и вызов к поэтическому поединку принял другой донской казак Иван Турчанинов. Он написал ответ, достойный сухоруковского. Стихи построены были, по примеру Сухорукова, в форме обращения к автору вызывающего послания со стороны самого оскорбленного в нем Дона. В них - горделивое предупреждение:

"Меня уродовать уж много приезжали;

Я всяким рад гостям, - что хочешь, то и ешь;

Но только дел моих священные скрижали

Двулезвенным ножом бесчувственно не режь!"

В стихах содержалось непоколебимая убежденность в том, что должен появиться не пришлый а местный поэт, "кровный бард", который на века прославит великую русскую реку. Утверждение оказалось пророческим. Настал день, и свое веское слово сказал о могучей реке и донском крае Михаил Шолохов. Сказал убедительно, весомо, патриотично. Сказал так, что его услышали во всем мире.

Размышляя о художественном и человеческом подвиге Михаила Шолохова, будет справедливо вспомнить о двух донских литераторах - Василии Сухорукове и Иване Турчанинове, дело которых он продолжил. Приняв вызов от именитых столичных сочинителей, эти достойные сына донской земли решительно выступили в защиту своих исконных святынь и выиграли обе поэтические дуэли.

А. Данцев.
Профессор, г. Новочеркасск
"Молот", 6 февраля 2001 г., N 14 (22678)
.