rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish

Стихотворение о Ростове

5452568
Сегодня
Вчера
На Этой Неделе
На Прошлой Неделе
В Этом Месяце
В Прошлом Месяце
Все дни
1375
3895
26361
26361
50218
162377
5452568

в среднем в сутки
8328


Ваш IP:54.226.36.60

КАЗАЧЬЯ ЗАКИДКА

«Наполеон ехал в утепленной карете вместе с начальником штаба армии Бертье. Откинувшись на спинку сидения, , он размышлял о чем-то своем. Маршал Бертье тоже молчал, он хорошо знал Наполеона, чтобы осмелиться прервать сейчас его мысли. По обе стороны дороги лежала заснеженная всхолмленная равнина с темневшим вдали угрюмым лесом. По дороге брели солдаты, когда-то статные и бравые, теперь жалкие и беспомощные. Надев на себя всякую рвань, лишь бы уберечься от мороза, они шли, оступаясь и скользя, цепляясь друг за друга. И лошади, обессиленные от голода и долгих переходов, едва передвигались...

Зима подобралась внезапно. В ночь на J> ноября вдруг похолодало, надвинулись черные тучи, пошел снег. К утру стало белым-бело. А потом ударил мороз, и вся прелесть тихой осени сменилась сплошным ненастьем.

Думал ли он, всесильный император, что все так обернется? Что не только русская армия, но и российская зима обрушится со всей суровостью на его блистательное и досель непобедимое войско.

Его предупреждали, говорили, что надо спешить убраться поскорей из Москвы и вообще из России, убеждая, что эта необозримая по своим просторам страна проглотит и армию, и его самого, великого Наполеона.

Он оставался, однако же, непреклонным. Все ждал, русские придут к нему с поклоном, первыми заговорят о мире. Но Кутузов молчал. Не отвечал и Александр.

Даже потеря Москвы и неслыханный пожар, уничтоживший почти всю вторую российскую столицу, не поколебали упрямство и стойкость русских.

Не верил он россказням о суровости русской зимы, осень околдовала его. Она была тихая, солнечная, ласковая, и он не раз повторял, что она здесь такая же, как и в Фонтенбло - летней резиденции французских королей,- которую он так обожал. Даже в день выезда из Москвы, 7 октября, погода была чудесная: с легким морозцем, серебряным инеем и деревьями в багряно-золотистом убранстве. Он даже подшучивал над теми, кто распространялся об ужасах русской зимы.

А ведь они были правы... Сейчас он похож на того незадачливого охотника, который сидит на медведе, держит его морду, а выпустить не может, потому что тот его подомнет.

Он огласил на всю Европу, что поверг Россию, что отныне он - властелин мира... Теперь же не знает, как побыстрей выбраться назад.

Нет, не зима победила французскую армию, не морозы и метели. Русский народ - главный враг ее.

Такие безрадостные мысли овладели Наполеоном в тот хмурый ноябрьский день по дороге к спасительной Березине.

- Казаки!- нарушая молчание, произнес Бертье.

- Где?- Наполеон прильнул к оконцу.

В полуверсте слева и впереди маячили всадники. На заснеженной равнине их фигуры четко выпечатывались, и даже были видны торчащие пики.

Русские войска все настойчивей и чаще атаковали отступающие колонны. Особенно досаждали казаки.

- Опять этот Платов!

Наполеон вспомнил встречу в Тильзите с казачьим генералом, в памяти всплыло простоватое, не лишенное лукавства и мудрости лицо, маска простачка. Вспомнил и ответ атамана, когда он, Наполеон, высказался о луке, что применили в нападении у Веллау башкиры. «Это, кажется, пошло от гуннов»,- сказал он тогда с грубой прямотой. «Когда защищаешь родную землю, и дубина хороша»,- прищурив глаз, ответил Платов.

Обгоняя экипаж, в сторону казаков помчался эскадрон гусар. Кони глубоко увязали в снегу, и за каждым пушилось белое облачко. Но казаки словно каменные.

- Они никак не реагируют,- заметил Наполеон, отведя взгляд от окна.

- Сейчас этих бестий проучат,- ответил Бертье.

Неожиданно экипаж тряхнуло, и он стал сползать с дороги. Оба ухватились за сидения. Снаружи послышались голоса, шедшие рядом солдаты подперли карету плечами.

Наполеон снова посмотрел в окно и с удивлением заметил, что в том месте, где только что находились казаки, никого нет,

- Где же они?- спросил он Бертье.- Там были люди или мне почудилось?

- Они бежали, ваше величество. Бежали как трусы.- Маршал замолк, про себя подумал: «А мы-то что делаем?» Скрывая мысль, поспешно дополнил:- Видимо, это разведка русских.

Войска французской армии шли одной дорогой. Колонны сильно растянулись, между ними образовались пустые пространства, и ими свободно пользовались казаки, чтобы нападать с обеих сторон.

Дорога часто взбиралась на увалы, спускалась вниз, потом снова ползла вверх.

Очередной подъем был крут, и, чтобы согреться, Наполеон выбрался из экипажа. Под крики возницы и свист хлыста шестерка запряженных цугом лошадей тянула императорскую карету наверх.

- Поберегитесь, ваше величество!- подскочили с двух сторон государственный секретарь Дарю и Бертье и подхватили Наполеона под руки.

Задыхаясь, они втроем выбрались к гребню.

- Теперь будет легче,- с трудом перевел дыхание Дарю. Перед ними начинался спуск. Он был настолько крут, что солдаты и офицеры охраны садились на снег и, скользя, спускались.

- Ваше величество, дозвольте предложить...- Что предложить, Дарю не успел сказать; подавляя страх, Бертье негромко произнес:

- Казаки...

Наполеон оглянулся и увидел, как от леса, разверувшись широкой лавой, прямо на них неслись всадники. Низкорослые лошади стелились на снегу.

- Экипаж вниз!- скомандовал Наполеон. Не раздумывая, он сел и заскользил по круто уходящей вниз ледяной дорожке.

Не выдержав удара, гусары повернули назад. За ними пустились в погоню казаки.

Антип скакал в самой гуще, азартно кричал:

- Ату их! Ату!

Скакавший рядом Митрич вдруг указал рукой вправо, и Антип увидел мчавшихся им наперерез французов. Рука неосознанно, сама собой натянула поводья, конь стал сбавлять бег.

И гусары, за которыми они гнались, остановились, разгоряченные кони танцевали. Вслед за первым неприятельским полком показался еще один.

- Отходи! Назад! - послышалась команда.- Наза-ад! Антип замешкался, поворотил коня и скакал в числе замыкающих. Он не слышал, как позади хлопнуло орудие, потом ударило второе. Над головой, обгоняя лаву, пронеслись ядра и упали на пути их отступления. Прогремели взрывы. Скакавший впереди конь взвился свечой, и всадник, выронив пику, свалился с седла. Рухнул и конь, казак чудом вывернул ногу из-под упавшего животного. К нему подлетел Антип.

- Хватай за стремя!

И тот послушно ухватился за ремень стремени. Чтобы втащить пострадавшего на седло, нечего было и думать: сзади слышался топот. Казак бежал рядом со всадником широким шагом, едва успевая отталкиваться от земли: не бежал, а прыгал, и казалось, вот-вот он выпустит стремя, упадет.

- Стой! Ядрить тебя!.. Стой!- Подскочил Митрич.- Садись верхом, ваше благородие! К нему садись!

Митрич ловко поддел казака под руку, помог ему вскочить на коня. И тут Антип узнал Ивана Платова.

В следующий миг он ударил шпорами, вздернул поводьями:

- Н-но! Пошла!

Митрич же остался позади...

Когда Матвей Иванович узнал о том, что Антип Завгородний выручил сына Ивана, он пожелал его видеть.

- Молодец, казак!- генерал был крепкой памяти. Узнал Антипа с первого взгляда.- Вы что же так глубоко врубились во французский строй?- перевел он взгляд на сына.

- С умыслом. Там Наполеон изволил пребывать... А вот он не стерпел,- Иван кивнул на Антипа.- Помчался, а за ним и сотня.

- Ты что, Завгородний, хотел добраться до Бунаарта?

- Так точно... Только промашка вышла. Сил-то у нас меньше оказалось.

- Бьют и меньшими... за храбрость и спасение командира - большое спасибо. Проси чина или награды. Только не деньги. Выручка в сражении дороже червонцев, она превыше всего. Нет ей меры деньгами и золотом. Ей мера - награда. Крестом, Антип, как и твоего отца, награжу...

Матвей Иванович поднялся, прошел по комнате, искоса бросил на казака взгляд.

- Крест, Антип Завгородний, за спасение есаула непременно выхлопочу, а вот на дочь мою Анну пока не рассчитывай. Вот ежели б Бунапарта приволок, тогда другое дело.

А. Ф. КОРОЛЬЧЕНКО «АТАМАН ПЛАТОВ»
.