rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish

Стихотворение о Ростове

6542237
Сегодня
Вчера
На Этой Неделе
На Прошлой Неделе
В Этом Месяце
В Прошлом Месяце
Все дни
441
2587
26963
26963
49617
90102
6542237

в среднем в сутки
2976


Ваш IP:18.204.48.199

Великий молчальник Серов

6 января 1911 года… Шаляпин многое отдал бы за то, чтобы изменить события этого вечера.

112Из его рассказов приятелям выходило так, что, исполнив сцену в тереме (в тот вечер в Мариинке давали «Годунова»), он отдыхал в гримерке. Вдруг его срочно вызвали на сцену. Выйдя, он увидел, что труппа стоит на коленях перед императорской ложей. Что было делать? Пришлось опуститься на колени и спеть вместе со всеми «Боже, царя храни!» - гимн должен был предварить подачу петиции о повышении жалования артистам.

Полбеды в том, что по городу вмиг разнесся слух о верноподданнических чувствах Шаляпина, а газеты написали о его «монархической демонстрации». Беда, как это воспринял Серов.

Валентин Серов, давно снискавший себе славу московского Катона, бескомпромиссного и сурового, прислал другу пачку газетных вырезок с описанием этого инцидента и собственной припиской: «Что это за горе, что даже и ты кончаешь карачками. Постыдился бы». И – вычеркнул Шаляпина из числа своих друзей.

111Может, потому Шаляпин и рассказывал эту историю их общим знакомым, что надеялся: дойдет она до Серова. Время спустя он увидел Серова в одном из парижских театров. Думал пойти объясниться, - не решился. Другого случая не представилось: в конце того же, 11-го года выдающийся русский художник Валентин Серов скоропостижно скончался 46 лет от роду.

«Серов, как Толстой, как Чехов, более всего ненавидел общие места в искусстве - банальность, шаблонность…

…Он даже боялся быть виртуозом кисти, как несравненный Рембрандт, при всей своей простоте; Серов возлюбил почему-то мужиковатость мазков, местами до прозаичности», - говорил о нем Репин.

Серов старался никому не льстить: ни учителям своим, ни коллегам, ни женщинам, ни сильным мира сего, ни моделям. Тем удивительнее написанный им портрет актрисы Ермоловой, знакомый многим еще с детства по репродукциям в школьных учебниках.

Сергей Мамонтов, сын мецената Саввы Мамонтова, считал, что Серов «придал ей благородство и величие, которые, как известно, тем, кто знает Марию Николаевну и не на сцене, только изредка в ней проявляется». Но лесть ли это?

Тот же Сергей Мамонтов не сомневался, что даже человек, никогда не слыхавший о Ермоловой, взглянув на ее портрет, «сейчас же может догадаться, что это удивительно гениальная драматическая актриса». «Помимо трогательного сходства, на что большие художники не очень вообще склонны, - вторил ему выдающийся архитектор Шехтель, - Серов гениально одухотворил ее, запечатлев в этом портрете высшие духовные качества ее артистического творчества». Кто бросит камень в Серова? Работа над портретами не всегда доставляла Серову удовольствие, но всегда изматывала. Слишком много душевных сил он в нее вкладывал. Счастье, если рядом с портретируемым можно было изобразить его четвероногого питомца. Животных Серов любил и понимал, писал их с радостью. Порою большей, чем людей.

Однажды Серов вызвал на дуэль свою кузину. И дуэль, и повод к ней были необычны.

113Серов и его кузина (она тоже была художница) заспорили, кто из них лучше знает и изображает лошадей. Они разобиделись друг на друга, расстались в ссоре, и несколько дней спустя Серов предложил кузине разрешить спор дуэлью. Каждый из них должен был по памяти нарисовать лошадей. Секундантом обоих дуэлянтов, а также главным и единственным судьей поединка был назван муж кузины. Он, не колеблясь, объявил победу Серова.

В другой раз Серов вызвал на дуэль одного из крупных московских фабрикантов. И это уже не было шуткой. Фабрикант оскорбил его мать, и Серов, профессор, отец шестерых детей, решил с ним стреляться.

Дуэль не состоялась. Противник предпочел извиниться и взять свои слова обратно.

Поэт в России больше, чем поэт. А художник?

Серов был человеком с принципами. Его дочь Ольга утверждала, что все – и домашние, и коллеги, и друзья, и модели - боялись папу: «Но страх этот был не унижающий, а возвышающий и очищающий.

…Его невероятная правдивость и беспощадная требовательность к себе невольно заставляли каждого в его присутствии как бы оглядываться на самого себя».

В 1905-м Серов стал случайным свидетелем стрельбы по толпе демонстрантов на Васильевском острове. Это страшное зрелище сильно повлияло на него. Он стал более угрюм и резок.

Приказ о расстреле демонстрации отдал дядя императора, Великий князь Владимир Александрович, Президент Академии художеств.

Серов и Поленов составили письмо в Собрание Академии. Надеялись, что и другие, известные в стране художники, поставят под ним свои подписи. В письме говорилось о скорби художников в связи с тем, что во главе Академии стоит лицо, обагрившее свои руки кровью.

Никто не рискнул присоединиться к Поленову и Серову. На Собрании их письмо не огласили, и Серов вышел из состава действительных членов Императорской Академии художеств.

…Когда Анне Голубкиной, талантливой девушке – скульптору из крестьян, отказали в просьбе заниматься в Училище живописи, ваяния и зодчества (причем главной причиной отказа была ее политическая неблагонадежность), преподававший там Серов тут же покинул его в знак протеста.

«И, может быть, в нем был не столько художник, как ни велик он был в своем искусстве, сколько искатель истины. Поэтому же особенно любил он Льва Толстого», - писал лучший его друг, художник Константин Коровин.

Со стороны и в последний год своей жизни он казался все тем же Серовым, неутомимым мастером.

114Трудоголиком, говоря нынешним языком. Но душа его отчего-то затосковала. «Ты мне все говоришь, что я счастлив и тем, и другим, и третьим – верь мне – не чувствую я его и не ощущаю. Странно, у меня от всего болит душа. Легко я стал расстраиваться», - это из письма Серова жене за год до смерти. А в последний свой вечер он сказал вдруг, точно подумал нечаянно вслух: «Жить скучно, а умирать страшно».

Смерть явилась за ним внезапно, когда он вставал утром с кровати, чтобы ехать к князьям Щербатовым, - там ждал его неоконченный портрет княгини.

…В первую годовщину смерти Серова в церкви Императорской академии художеств служили по нему панихиду. Непрощенный Серовым Шаляпин стоял на клиросе и пел с хором.

В обществе любителей художеств на вечере памяти Серова было, по свидетельству его дочери, много речей. «Коровин сказал, что в Серове художники утратили честного и непреклонного защитника их достоинств.

Репин произнес страстную, бурную речь, полную любви и восхищения, которую закончил так: «Серов сказал бы: «Хм, хм», и в этих «хм», «хм» было бы больше смысла, чем во всех сказанных мною словах».

Приехал Шаляпин. В публике начался все более и более усиливающийся гул, всем хотелось увидеть Шаляпина. Последние слова Репина слушали уже плохо.

После Репина вышел Шаляпин. Речь свою он начал словами: «Серов был великий молчальник, кратки были его слова и дли-н-н-н-о было его молчание».

Когда Серов был совсем еще юн, в Киеве произошел с ним такой случай...

В его присутствии один профессор принялся рассказывать фривольные анекдоты.

- Господа, - сказал Репин, бывший среди гостей, - вы разве не видите сего юного свидетеля! Ведь вы его развращаете!

- Я неразвратим, - угрюмо и громко сказал мальчик Серов.

Ни деньги, ни слава, ничто не развращало его. Он был в моде, корреспонденты одолевали его просьбами об интервью. Серов не любил интервью, особенно вопросов о творческих планах. Зачем, недоумевал он, публике знать, над чем я еще только работаю? Или у нее своего дела нет?

Серов удивил публику и после смерти: когда через три года Академия художеств устроила выставку его работ, посетители ахнули: сколько холстов! Как много он все-таки успел.

P.S. Работы Валентина Серова есть и в коллекциях Ростовского областного музея изобразительных искусств и Таганрогского художественного музея.

14 января 2005г., НВ.
.