rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
4812539
Сегодня
Вчера
На Этой Неделе
На Прошлой Неделе
В Этом Месяце
В Прошлом Месяце
Все дни
291
873
6724
6724
24726
133865
4812539

в среднем в сутки
1032


Ваш IP:54.198.122.70

Коричнево-серый мир

37В арт-галерее «М» проходит выставка художника Валерия Ивановича Кульченко. Она продолжает проект «Ученики Т.Ф. Теряева».

Кульченко — художник тонкого колористического дарования. Он один из лидеров «сурового стиля» 1970-х годов. Был открыт народным художником СССР, вице-президентом Российской академии художеств Таиром Салаховым на отборе произведений для первой всесоюзной молодёжной выставки «Молодость страны». Его лучшие работы закупило Министерство культуры СССР, они награждены дипломами и премиями правительства.

На выставке собраны его работы за последние 40 лет. Картины Валерия Ивановича по-хорошему страшны, это просто картины ужаса! Вот спрашивает его подвыпивший коллега:

— Почему такие притушенные тона?

— Да нет у меня на это ответа!

Кто-то подсказывает, что жизнь такая…

Картины с невнятными цветами на чёрном небе, противогаз на манекене.

А вот «Любовь и атом» — люди обнимаются за перекошенной лодкой на фоне, надо думать, Атоммаша. Чудовищно искривлённая земля, собачья будка, обречённая на цепную жизнь собака. «Осенняя пора» — натюрморт с кофейником, вилки, ложки, всё какое-то кривое. «Академическая дача» — жутко там отдыхать. «Алиса и мегафон» — телебашня и собака за забором. Всё как-то сине-, серо- и коричнево-чёрно. Катера-буксиры, мы их на Дону «бычками» называем. Трио катеров грустят, ржавея на берегу. Пытаюсь понять внутренний мир художника. Автопортрет на фоне горы Аю-Даг — человек в тёмно-зелёной рубашке в окне. Похоже, конец света на Аю-Даге. Цветы и фрукты, две сушёные рыбы на бечёвке — это просто знак донских художников, они без этого не могут жить. Пейзажи с бутылками, фруктами, цветами и рубелем-палкой для проглажки белья на Дону.  «Осень патриарха» — человек грустно сидит за мольбертом. Ловлю себя на мысли. Вот стоял как-то в лондонском музее перед какой-то огромной фламандской картиной. Её, наверное, всю жизнь рисовали. Чудовищно красиво и точно, как на цветном фото стоишь, будто сам там на лужайке. И вроде бы никакого искусства, просто изображение реальности. А тут ты в мире кривых чёрных сараев, в небе луна, как пятно клея, собаки плачут, коровы поют хором. Жуть берёт! Серые дворики, опять две рыбы, где же пиво? Коричневый сруб, во дворе собака… «Мастерская» — пилы в воздухе парят, кругом пустыня; вечер в степи, опять собака тоскливая. И вот, наконец, нечто совсем «красное» — «Ильин день»: Бог в небе «красный» на тачанке скачет и поливает чем-то Илью. И совсем шедевр — здесь сараи чёрные и луна в небе куском сыра, называется «Время золотых холмов».

№13 (748) от 25 марта 2009 года РО.
.