rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги

"У вас продается славянский шкаф?". Как сбыть товар?

«У вас продается славянский шкаф?» Как сбыть товар?

314Я уже столько написал о способах добычи фарцовщиками товара для продажи, что у читателей может сложиться мнение, будто эти люди вообще не торговали нафарцованными шмотками, а ограничивались тем, что складировали их у себя в квартирах. Что ж, постараюсь исправиться и поведаю об извилистом пути, которым попадали к простым советским людям импортные вещи.

Как бы разжиться барахлишком?

Сбыт полученных в процессе фарцовки вещей в разные годы проходил по-разному. На заре фарцовки вещи, как вы помните, распространялись среди «своих»: на «бродвеях» или в местах, где собирались стиляги. Чуть позже, когда в процесс покупки импортных вещей втянулись и менее идеологически продвинутые граждане, товар стали реализовывать непосредственно «на дому» у фарцовщиков. Такой способ сбыта был неудобен и опасен, ведь на фарцовщика, торгующего неправедно нажитым добром, могли «стукнуть» соседи. Но альтернативы не было. Любая форма сбыта напоминала хождение по тонкому льду – опасно, и притом опасен каждый последующий шаг.

В связи с чем процесс покупки импортной вещи становился для советского человека сродни шпионскому мероприятию – передаче секретных сведений на явочной квартире. Да и внешняя атрибутика полностью соответствовала подобному сравнению. Фарцовщики никогда не принимали у себя на дому людей, пришедших без проверенного посредника. Одного телефонного звонка с сообщением, что придет «Вася от тети Милы», было недостаточно. «Тетя Мила» должна была появиться лично. За что, кстати, имела небольшой процент от сделки или скидку на понравившийся товар.

Выйти на посредника было, в принципе, несложно, если человек задавался такой целью. Нужно было всего лишь спрашивать всех знакомых подряд: «Нет ли у вас знакомого, который может достать то-то или то-то?» Где-то на десятом вопросе подходящий знакомый находился. Естественно, в следующий раз, если возникала необходимость прикупить у фарцовщиков импортную вещичку, заново искать не приходилось. Квартиры могли меняться, посредники же – почти никогда.

Один из тех людей, у кого я брал интервью, в 70-е годы был человеком хоть и молодым, но в финансовом смысле состоятельным. Деньги нажиты были праведным путем – в поисках материального благополучия мой знакомый завербовался на Крайний Север. Но раз в год обязательно посещал родной город Ленинград, в том числе и за тем, чтобы пополнить свой гардероб. А вещи он покупал исключительно у фарцовщиков. Память у него (на мой взгляд) просто феноменальная, он не только предоставил мне полный прейскурант цен «от фарцы» на самые модные в 70–80-е годы вещи, но и очень образно поведал, как именно происходил процесс покупки. Так образно, что я не стану портить его повествование своим пересказом, а приведу рассказ в оригинале.

Каждый раз, когда я приезжал в Ленинград, я обращался к одному и тому же человеку, своему однокашнику, про которого я, еще учась в институте, знал, что он фарцует. Но вот если спросить меня, откуда я об этом знал, то вряд ли я смогу дать вразумительный ответ. Совершено точно, что лично с ним я никогда на означенную тему не говорил и ни одного прямого вопроса ни разу не задавал. Не нужно меня терзать, ничего конкретного припомнить не могу, но вот одевался он всегда очень хорошо, в «фирму», деньги у него водились. Но чтобы он хоть раз попытался в институте кому-то шмотку не то что продать, а просто предложить, такого не было. Пока я учился, особенных денег, чтобы шиковать, у меня не было, поэтому я к нему и не обращался. Но когда я впервые посетил родной город с туго набитым кошельком и горячим желанием приодеться, то первая мысль моя была как раз об этом самом однокашнике. Ему-то я позвонил с извечным вопросом «где бы разжиться барахлишком». Надо признать, что кокетничать и открещиваться от знакомств с нужными людьми парень не стал. Хотя определенное разочарование меня все же постигло – я был уверен, что он предложит мне купить шмотки непосредственно у него. Ан нет, он просто сообщил, что действительно среди его знакомых есть человек, способный помочь мне в решении проблемы. Уже спустя годы я (каюсь) по пьянке выудил-таки из него сведения, что сам фарцовщик никогда не будет «светиться» перед своими знакомыми, он может только поставлять клиентуру «коллеге». Страховка своего рода. Продавая сам нафарцованные вещи, он больше десяти лет водил меня к своему знакомому, а тот в свою очередь направлял своих знакомых к нему.

Но на этом чудеса не заканчивались. Приехав в город, я связывался со своим однокашником, а он сообщал мне, когда и где состоится встреча. Но сообщал конспиративным порядком. Я обязательно должен был сначала приехать к нему в гости, и вот уже только там он таинственным полушепотом говорил, куда территориально мы должны отправиться. И уже вдвоем, из его квартиры, обязательно «на моторе» (на такси) мы отбывали к пункту назначения. Добравшись до нужного адреса, мы на время разделялись. Он шел «посмотреть, дома ли приятель», хотя (как я понимаю) существовала жесткая предварительная договоренность о времени нашего посещения. И только после всех принятых мер предосторожности можно было подниматься в квартиру.

Во время предварительных телефонных переговоров о встрече было категорически не принято интересоваться тем, что есть в наличии, и уж тем более никто и не думал спрашивать меня, что конкретно мне нужно. И так было понятно, что я возьму то, на что денег хватит, и то, что подойдет мне по размеру. Немодных, «нефирменных» вещей в этой квартире отродясь не водилось. А тогда воротить нос из-за неподходящего к лицу цвета или не идущего к фигуре фасона было как-то глупо. Брали не особенного разбираясь.

По ценам? Да пожалуйста, вот тебе расценки на самые ходовые по тем временам позиции, только за произношение фирм заранее прошу прощения:

1. Джинсовый костюм («Левис», «Ли») – 350 рублей.

2. Тот же костюм, но фирмы «Вранглер» – 450 рублей.

3. Ремень широкий кожаный под джинсы – 25 рублей.

4. Джинсы, только известных фирм – 120 рублей.

5. Вельветовые джинсы – 180 рублей.

6. Куртка женская кожаная итальянская – 550 рублей.

7. Юбка женская вельветовая – 110 рублей.

8. Сапоги женские бразильские – 230 рублей.

9. Мужские французские ботинки – 40 рублей.

10. Кожаное итальянское мужское пальто – 400 рублей.

11. Дубленка женская – 800 рублей.

12. Сапоги «казаки» – 150 рублей.

13. Женское платье типа «сафари» – 70 рублей.

14. Женские колготки – 35 рублей.

15. Пластинки – от 40 до 80 рублей.

Как вам «шпионские страсти»? Однако же при таком способе продаж выигрывал, безусловно, больше покупатель, чем сам продавец. Если у человека были деньги, он мог быть уверен, что приобретет на них желанную импортную вещь, практически ничем не рискуя. Такой расклад, при котором от сделки выигрывал покупатель, конечно же, не мог долго устраивать фарцовщиков, и со временем ситуация в корне изменилась. Из квартир торговля нафарцованным товаром переместилась на улицы города. Торгуя из-под полы, фарцовщик, в принципе, рисковал меньше, чем подставляя под удар собственную квартиру. В крайнем случае товар во время облавы можно было сбросить и попытаться скрыться. Пусть потеряв деньги, но сохранив свободу.

Рассуждая подобным образом, к началу 80-х годов почти все фарцовщики вышли на улицы, но не заполонили их, а сконцентрировались в определенных местах, очень скоро ставших известными всем горожанам. В Москве фарцовщики торговали в основном возле валютных магазинов сети «Березка». В Ленинграде местом продажи нафарцованного добра стала «Галера» – галерея универмага «Гостиный двор», обращенная к Невскому проспекту. В Одессе – так называемый «толчок на 7-м километре», стихийный вещевой рынок, возникший на базе обыкновенного колхозного рынка. В каждом городе были определенные места, где фарцовщики сбывали обычным гражданам свой товар.

Нельзя сказать, чтобы милиция совсем уж не замечала торгующих фарцовщиков. На них даже периодически устраивали облавы, но это были облавы санкционированные, спланированные и устроенные в Главках – Главных Управлениях МВД. Рядовые же сотрудники, несшие вахту в непосредственной близости возле «торговых точек», были насквозь коррумпированы.

Неизбежное кидалово. Трюки не для скуки

И последнее, самое неприятное в рассказе о сбыте нафарцованного товара простым советским гражданам. Как только торговля «вышла на улицы», так тут же некоторые недобросовестные продавцы начали «кидать» своих покупателей. Не все, конечно же, но попадались подобные типы нередко. «Кидали», надо признать, не только беззастенчиво, но и нагло. Самый известный трюк назвался «мент идет». После того как покупатель выбирал понравившуюся вещь, продавец упаковывал ее в непрозрачный полиэтиленовый пакет и уже протягивал руку, чтобы вручить новому владельцу, как вдруг его глаза округлялись, продавец вздрагивал и со словами: «Тихо, мент идет!» – бросал пакет на дно сумки, из которой извлек его минуту назад. После нескольких лихорадочных и суетливых минут обманщик (облегченно вздыхая) снова доставал из сумки уже знакомый покупателю пакет и, не разворачивая, отдавал. Покупатель расплачивался, и дальше их пути расходились. А дома покупатель обнаруживал в пакете вместо выбранной вещи лохмотья. Пакет продавец подменил, когда разыграл «сценку» с приближающимся милиционером.

Второй трюк назывался «два левых». Если взять полное название – «два левых ботинка». До сих пор не могу понять, для каких целей нужно было так странно «кидать» покупателя. Но было, факт. Во время примерки обуви продавец не доставал из коробки одновременно оба ботинка, давая примерять покупателю то правый, то левый. Якобы из страха, что тот может убежать в неоплаченном товаре. Так вот после того, как распаренный покупатель убеждался – оба ботинка ему впору, после некоторой суеты ему вручалась коробка с ботинками, а он расплачивался. Все происходило почти одновременно. И часто только вернувшись домой, покупатель с удивлением обнаруживал, что в коробке два левых или два правых ботинка.

Третий трюк никак не назывался, хотя если бы «кидалы» проявили фантазию, его можно было бы назвать «половинка моя». Покупателю, который приезжал конкретно за джинсами, показывали добротный импортный, действительно «фирменный» товар. После того как джинсы были приложены к … э-э-э, ну к тому месту, на котором их носят, продавец тщательно и очень долго упаковывал штаны: в несколько слоев оборачивал бумагой или пакетом. Но если покупатель недоверчиво интересовался – не окажется ли в пакете после таких манипуляций «фуфло», продавец с обиженной миной демонстрировал вытянутый из пакетов солидный кусок «джинсовых штанов». Следовала расплата за товар. И опять же, только у себя дома покупатель мог обнаружить, что приобрел не целые штаны, а только их половину: правую или левую.

Но эти трюки использовались в каждом городе, где обретались фарцовщики. Про еще один трюк, последний в списке, я подобного утверждать не могу. Знаю только, что в Ленинграде недобросовестные фарцовщики его часто применяли. Для выполнения этого трюка нужны были два подставных лица, один фарцовщик с товаром и подъезд напротив кинотеатра «Баррикада». В толпе возле «Галеры» фарцовщики выбирали себе жертву, чаще всего из гостей города, которых было видно за версту. Услышав краем уха, что именно из вещей выбирает себе намеченная жертва, фарцовщик за локоток отводил ее (или его) за колонну и шепотом сообщал, что у его приятеля – моряка дальнего плавания – как раз сейчас имеется в наличии искомый товар, да еще и подешевле. А сам «искуситель» как раз сейчас собрался пойти к нему в гости. Вокруг парочки за колонной тут же возникали двое подставных и, изображая из себя таких же покупателей, как и намеченная жертва, выражали горячее желание присоединиться к экспедиции.

Мошенник с подставными лицами и жертвой проходили по Невскому проспекту два квартала и в результате оказывались в том самом подъезде. После чего фарцовщик забирал деньги у одного из подставных лиц и поднимался вверх по лестнице. Объяснял столь странный способ торговли жулик тем, что не станет же дружок-моряк пускать к себе в квартиру неизвестно кого. Через некоторое время фарцовщик спускался с товаром и отдавал его подставному, который шумно радовался, что купил такую хорошую вещь (следовала демонстрация), да еще и дешевле, чем на «Галере». Тут второй подставной кидался к фарцовщику и совал ему в руку деньги со словами «И мне! И мне тоже». «Кидала» брал деньги и снова, спустя некоторое время, возвращался с товаром. После чего намеченная жертва, уже не сомневаясь в честности продавца, протягивала деньги и покорно оставалась ждать, когда же принесут вожделенную шмотку. А ее все не несли. И несчастный обманутый покупатель мог стоять в этом подъезде до морковкиного заговенья, потому что поднявшийся на его глазах вверх «продавец» выходил на черную лестницу, находящуюся через площадку, и покидал место преступления незамеченным.

Человек, рассказавший мне об этих трюках, уверял меня до исступления, что сам он (при десятилетнем опыте фарцовки) никогда их не практиковал. Я сам сначала ему не очень-то поверил. Но после того как он настойчиво убеждал меня упомянуть в книге, что подобное поведение осуждалось и самими фарцовщиками, причем «кидал» даже иногда поколачивали за некорпоративное поведение, я начал верить в искренность его заверений. Помимо «веры в лучшее вообще» сыграла свою роль и простая логика: «кидать лохов» было невыгодно большинству, иначе покупатели просто забыли бы дорогу к фарцовщикам.

А вообще всякое бывало. Но теневая экономика или легальная – законы рынка одинаковы. Поэтому, как и нынче среди почтенных коммерсантов, в среде фарцовщиков процветали честные люди, не признающие даже возможности «кинуть» покупателя.

 

 

.