rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Яндекс.Метрика

Площадь праздничная

ПЛОЩАДЬ ПРАЗДНИЧНАЯ

Все торжества: парады, митинги, советские праздники отмечались в 20-е годы на Софиевской площади. В начале 30-х, после объединения городов-соседей, Ростов стал единым центром, и празднования переместились в другое место. Они стали проходить на территории ипподрома. К этому подвигнули власти исторические предпосылки. Во время скачек на ипподроме всегда собиралось много людей и не только любителей красивых лошадей и быстрой верховой езды. Здесь можно было выпить с друзьями пива и вина, обсудить последние новости, встретиться со знакомыми. Скачки превращались в «огромный клуб». Постепенно здесь стали проходить и другие массовые мероприятия, тем более, что места здесь для большого стечения людей было предостаточно.

Популярность ипподрома еще больше выросла в то время, когда открылся аэродром и стали проводиться полеты первых аэропланов. R сентябре 1910 года было создано Ростово-Нахичеванское отделение Императорского Всероссийского авиаклуба. Его председателем в Ростове был Е.М. Гулин. Высшие власти страны уделяли авиации пристальное внимание - все понимали ее значение в военном деле. В сентябре 1910 года в Ростове была проведена «авиационная неделя» и был поставлен вопрос об открытии специального летного поля на ипподроме. Первые самолеты представляли собой сравнительно небольшие и нетяжелые летательные аппараты, изготовленные в основном из дерева и фанеры, поэтому для них не требовались специальные взлетные площадки. Самолеты были «легкими как бабочки».

В самом начале сентября того же 1910 года популярный спортсмен Я. Г. Шошников решил организовать в Ростове авиационный конкурс, в котором предполагалось участие известных российских пилотов. Ждали Уточкина, Ефимова, Кузнецова, Заикина… Каждый из авиаторов летал на именном самолете, выпущенном той или иной фирмой.

Для зрителей рядом с ипподромом, на участке военно-инженерного ведомства были сооружены специальные деревянные трибуны. По условиям конкурса, утвержденным правилами Всероссийского клуба, самолет должен был продержаться в воздухе не менее... трех минут!

Новое захватывающее зрелище, проходившее на ростовском ипподроме, привлекало огромное количество людей. Естественно, особый интерес вызвал первый полет П.А. Кузнецова на самолете «Блерио». Утром «открылось паломничество горожан к месту полета, несмотря на то, что таковой должен был состояться только между 4 и 5 часами пополудни. Билеты продавались заранее, и все они были раскуплены». На церемонии открытия взлетной полосы и самого полета присутствовало городское начальство. «Толпы любопытных плотной неподвижной массой стояли вокруг огорожки полигона». Никогда еще Крепостной переулок, ни Скобелевскяя (ныне Красноармейская) улица не видели такой массы публики, какая запрудила всю местность, прилегающую к полю военно-инженерного полигона». Ко времени начала полета к месту его демонстрации трудно было протиснуться.

«Люди, особенно мальчишки расселись на заборах, воротах, крышах близлежащих домов». Особенно повезло тем, кто жил рядом - они высыпали на балконы. «Всюду не было пи одного свободного клочка, на котором бы не повис наблюдающий, все платные места с двух сторон внутри огрожки были битком набиты».

Собственно, аэродром представлял из себя расчищенную дорожку и ряд ангаров, где стояли аэропланы. Ровно в установленное время, в 4 часа 45 минут, «Блерио» Кузнецова вывели из ангара и поставили на «взлетную» полосу. Пилот внимательно и «подробно» осмотрел свою машину. На полигон высыпали на дозволенное время фотографы-любители. Они снимали и самолет, и пилота... «В пять часов» защелкал мотор, завертелся пропеллер и огромная стрекоза помчалась по расчищенной дорожке». Хорошо, что аэроплан не успел набрать высоту, он стал падать на землю, еще не успев подняться, пока не загреб крылом землю». Повреждено было и одно из колес. Озабоченный и хмурый Кузнецов вылез из кабины и в сопровождении полицмейстера доложил градоначальнику: «полет сегодня не состоится». Все проданные билеты были действительны на следующий сеанс. Второй полет чуть не стоил пилоту жизни.

Неудача ждала и Уточкина, поднявшегося в небо через несколько дней - у его биплана также было повреждено крыло. Известный цирковой атлет, борец И. Заикин, боровшийся на равных с самим Поддубным, совсем не приехал в Ростов, его самолет потерпел аварию в Одессе. И он оставил это небезопасное занятие - во время становления авиации «на крыло» неудачные взлеты и приземление были обычным делом. Летчики рисковали своей жизнью.

Ростовское небо впервые покорил 2 октября 1910 года на биплане «Форман» известный ростовский велогонщик А. Габер-блинский, поляк по национальности. Он дважды пролетел над ипподромом на высоте полутораста метров, обогнул Балабановскую рощу, находившуюся тогда на границе Нахичевани (ныне парк имени Н. Островского), там первоначально намечалось открытие аэродрома. Приземлился он в заданном месте в центре площадки, между трибун.

Итак, ипподром был еще в дореволюционное время годы «опробирован» для массовых празднеств. В 30-е годы здесь с утра проходили военные парады, которые к полдню перемещались на площадь Ленина (перед памятником Ленину у входа в парк имени М. Горького). Так что ипподром можно считать одной из первых ростовских площадок массовых празднеств.

Вторая половина 30-х годов была временем помпезности, широких массовых торжеств, компаний. Особенно широко использовались для этих целей политические праздники - 7 Ноября и 1 Мая. Так, празднование Первомая совмещало военный парад и демонстрацию трудящихся.

Военный парад 1937 года начинался в 10 часов утра на ипподроме. По всему полю выстраивались войска. Слева от трибуны - сводный батальон командного состава Северо-Кавказского военного округи. Справа - командиры-краснознаменцы. В центре - бойцы связи, летчики и части НКВД.

Места для зрителей скачек заполнены трудящимися. На трибуне - секретарь Крайкома ВКП(б) Евдокимов, председатель Крайисполкома Ларин, начальник политуправления СКВО армейский командир 2 ранга Векличев, начальник управления НКВД комиссар госбезопасности 3 ранга Люшков, секретарь горкома партии Верин и председатель горсовета Ляшенко. Среди них нет уже бывшего секретаря Крайкома партии Шеболдаева. Он арестован как враг народа. В начале января 1937 года открывалась компания массовых политических репрессий. Ларин, стоящий на трибуне, еще не знает (a может быть, уже догадывается), что завтра - его очередь. Об этом знает руководитель НКВД Люшков. Но он не знает, что «послезавтра» наступит и его черед после арестов виднейших военачальников. О чем думали эти люди, стоя на праздничной трибуне? Ведь из них никто не останется в живых.

А пока идет празднество, и они принимают военный парад, которым командует комбриг Фогель. Он рапортует командующему СКВО командарму 2 ранга Каширину. Тот под стройные крики «Ура!» объезжает части. Затем он, поднявшись на трибуну, читает слова воинской присяги. Молодые бойцы повторяют их. В те годы на военном праздничном параде принимали присягу красноармейцы.

Слышатся пушечные выстрелы, звучит пролетарский гимн. Затем под торжественный марш сводного оркестра идут стрелки, «ощетинившись сталью штыков». Шагают связисты, будущие пилоты, обучающиеся в Батайской авиашколе. Грохочут пулеметные тачанки. За ними - движутся автомобили с пушками. Трактора тянут тяжелые гаубицы. Идут пулеметчики, парашютисты.

Раздается гул: начинается военный парад в небе. Сначала проплывают эскадрильи тяжелых бомбардировщиков, стремительно проносятся истребители. «Скоростной двухмоторный моноплан» обгоняет всех.

Войска уходят с ипподрома для участия в городской демонстрации. Они движутся вслед за машинами с руководителями по Кировскому проспекту. Кировский сквер - центральный, узловой пункт этого движения всех торжественных мероприятиях и парадах. Войска поворачивают по улице Энгельса к площади Ленина у парка имени М. Горького. В это время колонны демонстрантов ждут у Кировского сквера, пропуская движущиеся войска.

Репортаж с этого празднества вбирает в себя все краски дня и весенние, и политические. «Ликующей песней зазвенел с рассвета город. Гудели репродукторы. Из края в край гремели марши оркестров. Яркое майское солнце ласково играло лучами на нарядных улицах и площадях.

10 часов утра. Отгремели последние трамваи и автомобили. Движение по центральным улицам прекратилось. Город застыл в парадной тишине, внезапно эту тишину разорвал гулкий рев моторов. Все взоры обратились вверх, к небу. Там мощными стаями шли самолеты».

Демонстрация грудящихся начинается в 12 часов. В ней принимает участие более 250 тысяч человек. На трибуне у памятника Ленину - вновь все руководители краевого центра, военачальники.

Впереди колонн движутся стахановцы. Демонстранты несут «ярчайшие, изобретательно сделанные макеты». В колоннах «горцы в черкесках, с оружием», физкультурники, пионеры, девушки-спортсменки в белых костюмах с флажками, велосипедисты, вооруженные осовиахимовцы... Колонна Пролетарского района идет под свой марш, исполняемым знаменитым оркестром из детдома имени Жлобы.

Особенностью демонстраций тех лет было движение праздничных колонн навстречу друг другу. К Кировскому скверу от площади Ленина шли демонстранты Ленинского, Железнодорожного, Андреевского районов. Не стихают крики «Сталин! Да здравствует Сталин! Спасибо Сталину За счастливую жизнь!», - повторяют десятки тысяч демонстрантов… Трудящиеся показывали свою сплоченность с партией, свою преданность социализму. «Вместе с тем, они демонстрировали свою боевую готовность в любую минуту защитить дорогую Родину от внешних врагов, непреклонную волю в искоренении презренных псов фашизма, троцкистских выродков. «Смерть изменникам Родины! Уничтожим шпионов и диверсантов!» - неоднократно повторяются эти суровые, мужественные слова на плакатах колонн».

На следующий день 2 мая, также по традиции, на ипподроме состоялись конно-спортивные соревнования, на которых вновь присутствовали командующий военным округом Каширин и секретарь Крайкома ВКП(б) Евдокимов.

Кавалеристы демонстрировали верховую езду на неоседланных лошадях, представители конной школы общества «Спартак» показывали «индийскую игру в пушбол». А на улице Энгельса две тысячи школьников и студентов проводили первомайскую эстафету.

Эпоха всегда накладывает сущностный отпечаток на жизнь людей, на всех нас вместе и на каждого из нас в отдельности. Характер времени особенно явственно проявляется в дни праздников, так как они в нашей до крайности политизированной стране в значительной степени выражают политическую основу и атмосферу нашего существования.

Побываем с вами на Театральной площади спустя полвека, в первомайский праздник 1987 года, и для того, чтобы увидеть «связь времен», их внутренний ток, сравнить линии эволюции, обратимся вновь к газетным материалам. Да, газета живет один день, но, может быть, поэтому она более чем что-либо другое запечатлевает дух эпохи. Так как она дискретно, но отражает каждый день общественного бытия.

Репортаж в газете «Вечерний Ростов» начинается с лирико-обобщающего вступления: «Так уже повелось, что приносит радость на нашу землю этот праздник весеннего обновления, праздник мира и труда, праздник братской солидарности с людьми доброй воли всей планеты. И в то же время этот день для нас - весомый повод проанализировать пройденное, сосредоточить свои усилия на нерешенном, избавляясь от всего, что мешает нам идти вперед». И как обычно в то время - упоминание о последнем Пленуме ЦК КПСС (январь 1987 года), о проходящей избирательной кампании.

Картинка праздничной площади: «Театральная площадь. Очень много сегодня здесь кумача и цветов. Мир, май, труд - нот основные панно, украшающие здание театра имени М. Горького. На центральной трибуне транспарант «Да здравствует 1 Мая!». На здании «Атомкотломаша» - изображение Владимира Ильича Ленина».

Вся жизнь в те времена была подчинена централизованной организации, двигалась по установленному ранжиру. Везде и во всем был свой «порядок». И праздник по- своему отражал эту жизнь на своем уровне. Неслучайно же он назывался – демонстрация.

Все участники празднества двигались колоннами, сформированными по районам. В них были представители крупнейших производстве иных объединений, учебных заведений, социальных учреждений...

Диктор перед микрофоном выкрикивал лозунги из «Первомайских призывов», заблаговременно опубликованных в печати, и люди, шагающие перед трибуной, на которой стояли партийные и советские руководители области и Ростова-на-Дону, должны были отвечать дружным «Ура». Газета, как своеобразный исторический летописец, фиксирует не только происходящие события, но и их атмосферу.

Наряду с общими идеями и лозунгами появлялись плакаты, отражающие «злобу дня». «На первый взгляд кажутся неожиданными плакаты на сатирические темы, появившиеся над праздничными колоннами. И тут же понимаешь - уместны, очень уместны они здесь. Графически отображено то, что мешает нам сегодня жить: тут и злейший враг перестройки - бюрократизм и амбиции заокеанских стратегов, уповающих па «стратегическую оборонную инициативу».

Пробиваясь сквозь «плотный строй штампов» пропагандистской лексики, видишь, что же стоит за этими клише. Да, ничего - одни общие, затертые от частого употребления слона. Редко мелькают конкретные факты: «...транспарант, подтверждающий заботу о тружениках: ежегодно 800 семей комбайностроителей улучшают свои жилищные условия». Или новые факты: «По особому встречают Первомай авиаторы - в нынешнем году Ростовский аэропорт стал международным».

Советская пропаганда за годы своего существования постепенно менялась. Она, естественно, не была одинаковой, скажем, в 20-е, 30-е или 50-е годы. Но было в ней «железобетонное ядро», сама идея, которая поворачивалась разными гранями в зависимости от конкретных идеологических задач. И начинаешь понимать: сколько силы, притягательности, энергии было в этой идее, которую нещадно эксплуатировала партийная власть. Чего только стоит один лозунг: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!». Потому до сих пор крепко сидит она в головах некоторых людей, отдавших ее воплощению всю свою жизнь.

А колонны все движутся, движутся, идут студенты, учащиеся школ и техникумов, иностранные студенты. Праздник завершается спортивным парадом молодежи города.

И наконец, обязательный итог, заключающий репортаж: «Манифестация в честь Первомая на Театральной площади стала еще одним красноречивым и убедительным свидетельством нерушимого единства Коммунистической партии и советского народа, твердого стремления ростовчан выполнить решении XXVII съезда КПСС, достойной встречи 70-летия Великого Октября. Так уж и нерушимого!

А вот репортаж, об этом же празднике, опубликованный в газете «Молот». Казалось бы, иная конфигурация, иное сцепление слов, а смысл один и тот же, вернее - отсутствие смысла. Как же богат наш русский язык!

«В торжественном убранстве столица Дона. Ее улицы и проспекты, по которым стекаются к Театральной площади колонны демонстрантов, украшены стягами и транспарантами, слышны песни, звуки оркестров, смех. Всюду радостные лица, цветы. Но есть нечто неповторимое в нынешнем празднике. Это прежде всего настрой, созвучный всей нашей жизни — настрой на дела. Испытание перестройкой держит сейчас весь народ».

Газета партийная - а конкретики в ней, как ни странно, побольше. «Высоких показателей качества и экономики ресурсов добиваются труженики Октябрьского района. В первом квартале это года они выпустили более чем на 12 миллионов рублей изделий высшей категории качества, на 200 тысяч рублей снизилась себестоимость продукции».

Праздник в советские времени был стимулятором для трудовых коллективов - все рапортовали о своих успехах, которые «выжимали» из подчиненных руководители производственных предприятий.

Уже сам процесс организации этик манифестаций говорит о многом и, в первую очередь, об искусственности всей жизни, которая во многом, особенно в пропаганде, была бутафорией.

Десятки тысяч людей начинали собираться рано утром у своих предприятий, учреждений, учебных заведений. Здесь партийные и профсоюзные активисты раздавали портреты вождей, небольшие транспаранты участникам, которые собирались по заранее составленным спискам. Начиная с 80-х годов, дисциплина проведения политических праздников падала. Назначались руководители не только колонн, но и рядов в этих колоннах. Делалось это для того, чтобы на площадь не проникли «чужие» с нежелательными надписями на плакатах. Я, работая в РГУ, по воле судьбы тоже принимал участие в организации таких колонн. Студенты не хотели нести портреты вождей, бросали их на землю. С большим трудом удавалась раздать всю заготовленную атрибутику, а после окончания демонстрации собрать ее в подвале (для следующего года).

Все двигались к установленным местам сбора районных колонн. Наконец, все «ручейки» сливались в общую колонну. За движением своих «подчиненных» следили партийные руководители районов.

За 2-3 часа площадь пропускала десятки тысяч людей, шагавших тремя большими колоннами. За право идти во главе демонстрации проводилось социалистическое соревнование.

Уже после всего этого официального торжества кое-кто оседал в парке Революции, в Кировском скверике, на Пушкинской. Доставалась залетная бутылочка, домашние закуски: соленые помидоры и огурцы, вapеная картошка и кусок дефицитной колбасы... Обычно в это время в городе было уже тепло. Было много сирени, море тюльпанов. Играли гармошки, люди пели совсем другие песни, по-иному смеялись. Вот тут и начинался настоящий народный праздник. Ветераны гордились своими боевыми и трудовыми наградами, пританцовывали. Людям доставался «кусочек» истинного весеннего праздника...

7 ноября на Театральной площади проходил военный парад . Все рода войск Северо-Кавказского округа выстраивались по разлинованным на площади участкам. Играл сводный духовой оркестр. Командующий округом поздравлял, всех собравшихся с днем Октября.

Все улицы, ведущие к площади, были перекрыты автобусами, грузовиками, военными патрулями, нарядами милиции. Десятки тысяч ростовчан толпились за рядами живого милицейского оцепления. Взрослые брали маленьких детей на плечи...

Сначала по площади двигалась тяжелая техника: ракеты, орудия, бронемашины... Затем шли артиллеристы, летчики, десантники, курсанты военных училищ. Ростовчане, особенно мальчишки, с любопытством рассматривали мощные «тела» ракет, бронированную технику...

Но особой любовью пользовались праздники, посвященные дню Победы в Великой Отечественной войне. С каждым годом ветеранов, принимающих участие в параде, становилось все меньше. Последние годы их привозили на площадь на автобусах, на грузовиках.

Они медленно шли в сплошном людском коридоре, осыпаемые цветами. Они гордились тем, что защитили свою Родину, гордились своим возрастом. Шли в тельняшках, в плащ-палатках, бушлатах, пилотках и бескозырках. Шли взявшись за руки, поддерживая друг друга. Школьники выбегали к колонне, передавали им огромные букеты цветов. Государство не всегда помнило о них, о их нуждах. Но в этот день они все были героями. Все, кто остался жив и дожил до этих праздников, «пройдя сквозь свинцовый ветер, который дул им в лицо», а потом сквозь ветер времени.

Многие от души говорили им слова благодарности, фотографировались рядом с теми, у кого особенно много было наград. В этом празднике не было ничего показного, дежурного, официального.

Это была истинная народная «радость со слезали на глазах».

Во время оккупации города фашистами по Театральной площади не раз маршировали и немцы, и словаки (не на парадах, конечно), а в обычном передвижении по городу. Простыл след завоевателей. Теперь здесь в строю стоили и шли победители. И тогда особым смыслом наполнялась взметнувшаяся вверх стела, поставленная в честь освобождения Ростова от фашистских захватчиков.

И еще один любимый народный праздник хорошо помнит Театральная площадь и ее окружение - Новый год. Огромную елку ставили на южной стороне площади, примерло там, где когда-то стояла Георгиевская церковь. Последние годы ее устанавливают недалеко от театрального фонтана. Здесь, на помосте эстрады, выступают все, кто хочет. Каждый мог спеть, сплясать... Детей возили на санках пони и разнаряженные лептами лошади. Работали киоски со сладостями. В снежные зимы тут вырастали стены снежных крепостей

С каждым годом все больше появляется любителей встречать Новый год на площади, у городской елки. Этот обычай переняли молодые люди, побывавшие в Европе. Там Рождество, как семейный праздник, отмечается среди близких людей, в домашнем кругу. А в Новый год все выходят на улицы и площади. Теперь и у нас люди целыми семьями приходят под елку у фонтана, выпить традиционный бокал шампанского, подышать в загадочную новогоднюю ночь морозным воздухом.

На рубеже ХХ-ХХI столетий на Театральной площади стали отмечать новый праздник — День города. Он проходит в сентябрьские дни. К этому празднеству центр Ростова приводят в порядок. Особенно многое было сделано городскими властями к 250- и 255-летним юбилеям. К 250-й годовщине со дня основания Ростова-на-Дону была отстроена колокольня Рождественского собора, взорванная в 1942 году, закончено строительство Музыкального театра, вымощена плиткой-поребриком Большая Садовая, приведены в порядок и покрашены фасады зданий, стоящих на центральной улице. К 255-летию - начата реконструкция центра города вокруг Кировского (Покровского - с лета 2006 года) сквера. Перенесен памятник Кирову, начато строительство Покровской церкви (6-й по счету, если учесть походную церковь, временно установленную с закладки крепости Святителя Димитрия Ростовского и церковь-вагончик, открытый в сквере во время возведения нового храма). В июле — сентябре 2006 года завершена реконструкция Покровского сквера: дорожки выложены плиткой, установлено новое освещение, модернизирован фонтан в юго-западном части, разбиты дополнительные цветники, приведен в порядок, подземный переход. Закончено благоустройство Пушкинской улицы, превратившейся в бульвар для массовых гуляний ростовчан. Завершена реконструкция гостиницы в «Интурист» («Дон - Плаза»).

Во время самого празднования Дня города, устанавливаются площадки в разных районах для выступления артистов эстрады - и профессиональных, и самодеятельных. День города - праздник в основном молодежный. Со всех концов в центр стекаются десятки тысяч молодых людей. Небольшими группками они движутся по проезжей части Большой Садовой и Пушкинской с традиционными банками пива, кульками с чипсами и мобильными телефонами.

Когда-то в начале уже далеких 60-х годов участок улицы Энгельса от Ворошиловского проспекта до Семашко превратился в «Брод» (Бродвей), по которому фланировали вечером тысячи молодых людей. Эта часть центральной улицы так и называлась тогда «От табака до молока» - от табачного магазинчика на Семашко, в котором продавались главным образом болгарские сигареты и кубинские сигары до магазина «Молоко» на углу Энгельса и Ворошиловского. Тон задавали «стиляги», появившиеся в СССР после проведения и Москве в 1957 году Всемирного фестиваля молодежи и студентов, на который съехались представители всех стран. «Железный занавес» на короткое время был приоткрыт, и советские парни и девушки увидели образцы молодежной моды стран Европы и Соединенных Штатов Америки и стали во многом им подражать. В то время была очень популярна песня: «Если бы парни всей земли за руки взяться однажды смогли...» Как многого смогли бы тогда они добиться: и главное- «землю от пожара уберечь». Парни, конечно же, не взялись за руки и взяться не могли, а вот часть советской молодежи, особенно в больших городах была заражена вирусом стиляжничества.

Молодые люди ходили по Броду в узких брючках-дудочках, в лакированных туфлях на толстой подошве с большими рантами, в ярких рубашках навыпуск и в галстуках, на которых на пальмах раскачивались обезьяны, носили вместо галстуков и витые шнурки на шее. Пестрый пиджак должен был быть перекинут через плечо - так они «давили симпатию», девушки также носили яркие платья и замысловатые прически, и обязательно «каблучки –иголочки».

Вся эта яркая одежда вызывающе смотрелась на контрасте со старой советской молодежной «модой», в которой все было унифицировано, как и в идеологии, и в нормах социального поведения. Так молодые люди конца пятидесятых годов стремились самоутвердиться, следуя западной моде и, тем самым, выразить свой «протест» против советского «образа» жизни. Сатира тех лет бросала все силы на разоблачение «стиляжничества», но это только укрепляло у молодых людей в мысли: они в центре пропагандистского внимания. После XX съезда КПСС, на котором был нанесен удар по культу Сталина, наступали постепенно новые времена, и власти уже не могли открыто и жестко преследовать молодежь в этом ее самопроявлении, которое можно назвать первой ступенью свободомыслия, перешедшего позже у некоторой части молодежи и инакомыслие.

Движение по Броду текло только по южной стороне улицы. Навстречу друг другу двигались два плотных потока. Здесь назначали свидания влюбленные, встречались знакомые. Но вели себя вполне пристойно, можно даже сказать тихо.

В нынешних потоках молодых людей, шествующих па Театральную площадь, какой только одежды не увидишь. «Стиляги» давно ушли в прошлое. Вызывающая одежда стала кормой. Молодежь живет сейчас, не зная практически никаких поведенческих, нравственных ограничений. Здесь же по дороге, у всех на виду парии и девчата обнимаются, целуются. Они живут по своим нормам общения, не замечая окружающих. Так беснуются в них гормоны, а время позволяет им «вырваться наружу» в таких эпатажных формах

На Большой Садовой и во всех сквеpax и парках работают дополнительные киоски, палатки, звучит популярная музыка небольших оркестров, проводятся игры и викторины, которые ведут раскованные, энергичные «ди-джеи». В день города 2006 года по центральной улице проследовала «царская карета» со свитой (девушки в длинных цветных платьях). В карете «ряженая» императрица - Елизавета Петровна, подписавшая в 1749 году Указ о создании Темерницкой таможни, а в 1761-м - Указ об основании Крепости Димитрия Ростовского.

27 июня 2007-го состоялось открытие в Покровском сквере памятника Елизавете. Так новое время расставляет в городе свои вехи и метки.

Немало в этом, практически сплошном, потоке молодых семей, они катят коляски с малышами, ведут детей за руку. Все ждут главного часа, основного зрелища; когда в небо взлетит праздничный салют. На эстрадной (центральной) площадке на самой площади выступают артисты. Шум и гам стоит необычайный. И только мощные динамики и современные микрофоны могут «подавить» их. Какое-то беззаботное настроение охватывает тебя, когда ты вливаешься в этот поток. Он, подхватив тебя, несет все дальше и дальше. Ты становишься маленькой частичкой в этой шумной, вольной, стихийной реке. Неслучайно, в средневековые времена люди так любили маскарады, ярмарочные гульбища и карнавалы. Если во время просмотра театрального действа, катарсис (очищение) привносится извне, в массовых праздниках это очищение возникает под воздействием твоего собственного настроения. Ты — участник массового «спектакля», ты играешь на сцене жизни, но играешь для себя, сам себя...

В карнавалах и маскарадах человек раскрепощается, на время забивает о своих каждодневных проблемах и заботах. Он живет этим праздничным часом, яркими, будоражащими эмоциональными переживаниями. Здесь, на шумной площади, тебя никто не знает, кроме твоих друзей. И ты можешь подурачиться, «покуражиться» даже без маски. По-студенчески «покутить», если у тебя в кармане есть лишняя сотня рублей.

Здесь, из многих тысяч людей практически никто не знает о том, что когда- то рядом стояла Георгиевская церковь города Нахичевани... Также гуляли толпы людей. Они также мечтали, влюблялись (и женихи выбирали здесь себе невест). Все отдавались легким волнам народного празднества. Время словно совершает огромный круг...

Наконец, в небо взлетают разноцветные снопы салюта, под сильный грохот специальных пушек и громогласные крики собравшихся. С каждым новым всплеском все громче становятся крики, словно небесные огни подогревают настроение людей. В небе рассыпаются снопами, разбрызгиваются искрами, разлетаются осколками, брызжут огоньками сотни горящих, сверкающих «цветов». С каждым выстрелом - взрыв эмоций. Город дарит небу огромный пульсирующий букет. Огни салюта отражаются в окнах близлежащих домов. Люди в них выходят на балконы, мальчишки залезают на деревья. Наконец, грохот умолкает, но возбужденный город еще долго не засыпает. Молодежь бродит по центральной улице, в парке, в скверах...

С огнями салюта что-то улетает из нас в небо. Пожилые люди вспоминают свою молодость, свои золотые денечки. Молодые, как всегда, устремлены в будущее. Праздник соединяет многие тысячи людей в один огромный организм, который думает, чувствует в это время одинаково. Город дарит людям отличное настроение и зовет их в завтрашний день. Он словно говорит россыпью своих огней: наш город с каждым годом становится все благоустроеннее, а будет - еще краше.
Владислав Смирнов. «Театральная площадь»
.