rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги

Уважаема не старость, а прожитая жизнь

Уважаема не старость, а прожитая жизнь

232— Война... Так давно это было. Многое из памяти стёрлось... — этими словами Всеволод Петрович Ананьев заканчивает свой рассказ-воспоминание о событиях 40-х годов, и я невольно думаю о том, сколько этому человеку довелось увидеть, если столько в его памяти ещё живо.

— Классический случай, — говорит Всеволод Петрович, — 21 июня 1941 года у меня был выпускной вечер, а на следующее утро война началась. Сперва в армию меня не взяли — ограничения по зрению, а потом и таких, как я, «сверхгодными» считать стали. Я на заводе работал, сдавал вступительные экзамены в университет, а в сентябре 41 года вошёл в полк народного ополчения. Первое освобождение Ростова, в ноябре того года, — моё боевое крещение. Дорогой ценой досталась нам та победа, потери колоссальные. Одеты мы были плохо, вооружены неважно — ополчение, одним словом, да и опыта у нас, молодых парней, тогда ещё не было. Зато было, чего испугаться: раненые, убитые... Только в июле 1942 года мы стали полком Красной армии — тогда и снабжение стало лучше. В тот же год мы участвовали в обороне Таганрога. Страшно вспомнить: из двух тысяч человек, переправлявшихся через Дон (а переправлялись мы вплавь) на берегу собралось всего 800. Дальше мы с боем пошли на Кавказ, а в октябре 42-го полк расформировали, и я с другой дивизией — в горы.

Там Всеволод Петрович полгода оборонял Туапсе.

— А душа только за Ростов и болела, — вспоминает ветеран, — там, в оккупации, у меня остались родители. Но, слава богу, они выжили.

Потом были курсы младших лейтенантов, которые Всеволод Петрович закончил с отличием, бои в Новороссийске, ранение, очередной госпиталь, очередное возвращение на фронт, десантирование в Крым...

— Там от полка рожки да ножки остались, — говорит Всеволод Петрович. — Но я выжил. Везучий! Потом кишинёвская операция, Болгария... Ох, как они нас принимали! А потом бои в Югославии. Там, под Белградом, в звании офицера, и закончил войну. А в январе 1946 года меня демобилизовали, и я домой сразу, в Ростов, к родителям.

В этом же году он снова стал студентом. Учась на геолога, Всеволод Петрович параллельно закончил музыкальное училище по классу флейты.

— В итоге пришлось выбирать, — вспоминает ветеран, — музыка или геология. Так музыка отошла на второе место, тем более, что после учёбы меня оставили в аспирантуре, а в 54-м я защитил кандидатскую диссертацию и устроился в строительный институт преподавателем геологии. Уже 53-й год здесь. Пришёл сюда работать, а оказалось — жить.

По учебникам, написанным Всеволодом Петровичем, без преувеличения, все студенты-геологи учатся. В его аспирантуре многие стали кандидатами и докторами наук. Есть у Всеволода Петровича и подшефный лицей — 33-й, имени полка народного ополчения. Но ходить туда времени нет: работа в университете, ветеранские заботы, да и здоровье иногда подводит... Четыре брошюры воспоминаний ветеранов о войне, памятник полку ополчения — всё это появилось благодаря его заботам.

Кроме этой работы, Всеволод Петрович является председателем Совета ветеранов полка народного ополчения (ветеранов этих всего-то шесть человек осталось), много лет работает в городском Совете ветеранов вооружённых сил. Председателем постоянной комиссии по воспитательной работе со студентами.

«Ростов официальный», № 6 (689) от 06.02.2008
.