rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги

Новый размах возрождения и развития

Новый размах возрождения и развития

Победоносно закончив войну с фашистской Германией, Советский Союз вступил в мирный период своего развития. Коммунистическая партия и советский народ получили возможность продолжать прерванную войной работу по упрочению и развитию социализма.

Начался перевод народного хозяйства на мирные рельсы. Партия поставила сложную задачу: в короткий срок полностью восстановить экономику в пострадавших районах, достигнуть довоенного уровня промышленного и сельскохозяйственного развития страны и затем значительно превзойти его, повысить материальное благосостояние народа. Эта задача составляла основное содержание четвертого пятилетнего плана восстановления и развития народного хозяйства на 1946—1950 гг., утвержденного Верховным Советом Союза ССР в марте 1946 г.

Как и в годы войны, на самых трудных и самых решающих участках возрождения и развития народного хозяйства были коммунисты.

Первой продукцией завода Ростсельмаш стали мощные пятикорпусные плуги.

А на смонтированном в рекордно короткие сроки {за двенадцать дней) четырехсотметровом главном конвейере завода машиностроители уже собирали комбайны. Это были новые, более совершенные, чем до войны, степные корабли «С-6». За разработку их конструкции главный инженер Ростсельмаша A.В. Красниченко, инженер П.Н. Прошупин и доцент Ростовскою института сельскохозяйственного машиностроения И.Ф. Попов были удостоены Государственной премии.

В начале ноября 1947 г. ростовские комбайностроители рапортовали Центральному Комитету партии о двух замечательных трудовых победах: было закончено восстановление первой очереди завода Ростсельмаш и освоено серийное производство нового тина комбайна. Первый степной корабль был собран в июне 1947 г., а 2 ноября с главного конвейера завода сошел тысячный кС-6». Его выпустил завод, который совсем недавно лежал в развалинах. Теперь на Ростсельмаше в полную силу работали чугунолитейный, кузнечно-прессовый, инструментальный и другие цехи. Их общая площадь составляла 145 тыс. кв. метров.

Об укреплении парторганизации Ростсельмаша особо заботились областной и городской комитеты партии. В точение первой послевоенной пятилетки на завод было направлено около 10 тыс. рабочих, инженеров, техников, в том числе 800 коммунистов и более 600 комсомольцев.

Заводская партийная организация выросла до 1350 коммунистов, объединенных в 45 цеховых партийных организаций и более чем 100 партийных групп. На всех решающих участках производства в коллективах работали коммунисты.

Первые послевоенные годы памятны для ростсельмашевцев не только первой тысячью новых машин, новыми заводскими корпусами, выросшими на месте прежних развалин, но и множеством трудовых починов, прославивших коллектив комбайностроителей.

Партийная организация была руководителем борьбы за улучшение организации труда и повышение его производительности, внедрение механизации, повышение квалификации рабочих, введение технически обоснованных норм и увеличение выпуска продукции.

На одном из стендов Ростовского краеведческого музея можно увидеть металлическую стружку из-под резца металлообрабатывающего станка, за которым стоял в конце 40-х гг. ростсельмашевец С. Латрыгин. Казалось бы, странно: зачем выставлять на обозрение стружку? Но эта стружка знаменовала собой совершенно новое начинание в токарном деле. Кадровый ростсельмашевец применил резцы необычной геометрии, которые значительно повысили производительность труда, ускорили обработку деталей.

Скоростное резание металла — новаторский метод С. Латрыгина и знатного токаря Г. Тер-Геворкяна— нашло множество последователей, и не только на Ростсельмаше. К концу пятилетки на Дону насчитывались сотни скоростников. Президиум ЦК профсоюза работников машиностроения принял постановление «О распространении опыта работы строгальщика завода Ростсельмаш С.М. Латрыгина».

Скоростное резание металла, создание комплексных бригад, состоявших из инженеров и рабочих-новаторов, движение за экономию материалов и сырья, начатое по инициативе коммунистов,— все это помогло выполнению заданий первой послевоенной пятилетки, борьбе за восстановление завода- гиганта.

Б те годы получили широкую известность имена ростсельмашевцев П. Дмитриченко, К Кашинцева, П. Колесникова, Г. Тер-Геворкяна, П. Ключкина и других, значительно перевыполнявших производственные нормы и являвшихся инициатораити многих форм социалистического соревнования.

Спустя лишь год после выпуска тысячного комбайна коллектив Ростсельмаша доложил партии и правительству, что завод восстановлен полностью и достиг довоенного уровня производства.

В адрес строителей, монтажников и коллектива завода пришло теплое поздравление ЦК Коммунистической партии. В нем говорилось: «Восстановление завода Ростсельмаш и начало массового производства комбайнов и других сельскохозяйственных мамин имеет важное народнохозяйственное -значение. Родина высоко ценит ваш самоотверженный труд, оказавший большую помощь нашему сельскому хозяйству в деле его технического вооружения».

Крепли, набирали силу и другие предприятия города.

Вновь шли на магистрали страны из ворот паровозоремонтного завода имени В.И. Ленина обновленные локомотивы. Еще в феврале 1945 г. Гукас Мадоян писал ростовчанам: «Особенно радостно знать мне, что славный революционный Ленэавод снова в строю и в его цехах кипит работа, под умелыми руками ленэалодцев оживают застывшие паровозы». Герой освобождении Ростова хорошо помнил, что представляли собой корпуса завода, когда они служили боевым плацдармом для его батальона.

На «Красном Аксае» освоили выпуск новых типов культиваторов, завоевавших международное признание. Это далось нелегко: в 1945 г. из прежних шестнадцати цехов действовало лишь одиннадцать, их производственные мощности были далеки от довоенных. Однако уже осенью того же года красноаксайцы начали выпускать тракторные культиваторы и жатки. А с 1946 г. завод приступил к серийному выпуску сельскохозяйственной техники. В июне 1946 г. производительность труда на «Красном Аксае» достигла уровня предвоенных лет.

У ветеранов химического завода имени Октябрьской революции еще свежи были в памяти февральские дни 1943 г., когда завод выпускал спички, котелки, детали ручных гранат. Теперь заново отстроившееся предприятие не только вернулось к выпуску обычной своей продукции — цинковых белил, но и освоило новую — редоксайд.

Донская табачная фабрика была настолько разрушена в годы войны, что многие руководители главка считали нецелесообразным ее восстанавливать. Предполагалось взамен построить новую, в другом городе. Однако руководители фабрики при поддержке коллектива, обкома и горкома партии настояли: фабрика снова будет в строю. И на прилавках магазинов опять появились папиросы и табачные изделия с маркой ДГТФ.

Почти заново строился ростовский холодильник — так велик был объем восстановительных работ. Городской комитет партии, решив, что холодильник необходимо пустить досрочно, взял стройку под свое наблюдение. Холодильник сдали в эксплуатацию на год раньше установленного срока.

Появилось в Ростове и новое предприятие; на базе разрушенного фольгопрокатаого завода вырос крупный машиностроительный завод, выпускающий оборудование для пищевой промышленности.

На обувной фабрике, заводе «Пролетарский молот», комбинате «Рабочий» и других предприятиях города —всюду шел единый процессе: одновременно с их восстановлением коллективы под руководством партийных организаций осваивали выпуск новых изделий, совершенствовали оборудование и технологию производства. Промышленный Ростов не просто выходил на прежние рубежи: задача состояла в том, чтобы взять более высокие индустриальные вершины. И ростовчане справились с ней. Ростсельмаш завершил свою пятилетку за четыре года и три месяца, Лензавод — за три года и одиннадцать месяцев. В целом по городу пятилетний план по основным показателям был выполнен досрочно

Вместе с заводами и фабрикант, поднятыми из руин, строился, рос и сам Ростов-на-Дону.

Казалось, десятилетия потребуются, чтобы встал из руин и пепла Ростов, чтобы принял прежний облик красивейший город, индустриальный и культурный центр юга нашей страны.

Ростовчане не могли удовлетвориться только восстановлением, залечиванием ран. «Нужно не просто восстановить Ростов, — писал 14 февраля 1947 г. Маршал Советского Союза С.М. Буденный, — а сделать его еще более благоустроенным, чем он был до войны. Спустя три месяца после окончания войны, 9 августа 1945 г., Совет Народных Комиссаров утвердил генеральный проект планировки Ростова-на-Дону, разработанный под руководством академика В.Н. Семенова. А в ноябре того же года ростовчане узнали, что их город включен в число пятнадцати крупнейших и старейших русских городов, которые по решению правительства должны быть восстановлены в первую очередь. На смену лозунгу «Мы возродим тебя, родной Ростов!» пришел новый: «Сделаем Ростов еще краше, еще благоустроеннее, чем до войны!».

«Беспокойный народ, эти ростовчане!»—так начинался очерк «Передовая линия», опубликованный журналом «Огонек» в 1949 г. Очерк рассказывал о восстановлении Ростсельмаша, о возрождении центра города, о строительстве набережной... Перелистав сейчас эти страницы, старшее поколение «беспокойного народа» припомнило бы многое: строительные леса на улицах города и железнодорожные платформы, увозившие с будущей набережной ржавый железный хлам; Темерницкий путепровод и новенькие троллейбусы на главной городской магистрали; массовые воскресники и газетные заметки: «Вчера к Ростове сдан в эксплуатацию…»

Ростов строился. Основные объекты восстановления вошли в титульные списки городской пятилетки. Уже в первые три года после изгнания захватчиков Горсовет израсходовал на ремонт и восстановление жилья 48 млн. рублей. Восстановительные работы велись прежде всего в наименее разрушенных домах и дали городу тысячи квадратных метров жилой площади, которая была предоставлена главным образом вернувшимся в родной город фронтовикам, инвалидам Великой Отечественной войны, семьям военнослужащих. Выросли на месте развалин новые дома в районе Ростсельмаша, на улицах Энгельса и Горького, на проспектах Буденновском и Ворошиловском. Шефство над возрождаемым Ростовом взяла Пермь еще в годы войны. В адрес ростовских строительных организаций с Урала шли составы с лесом, цементом, арматурой, стеклом. На стройках города часто можно было видеть первого секретаря Ростовского обкома ВКП(б) Н.С. Патоличева, вникавшего во все, даже мелкие вопросы восстановления города. Он возглавил специальную комиссию, разработавшую мероприятия по усилению восстановительных работ и благоустройства Ростова. Предложения комиссии легли в основу постановления обкома КПСС, принятого в феврале 1948 г. Строительство в городе шло тогда одновременно более чем на двухстах объектах.

«Правда» в те дни писала: «На Буденновском проспекте Ростова-на-Дону восстановлен еще один красивей пятиэтажный дом... Недавно заселены 25 таких же домов общей площадью 33 тысячи квадратных метров. Восстановлены 6 школ, здания педагогического института, горно-строительного и механического техникумов, гостиница «Дон», несколько магазинов, поликлиник, детских яслей... В нынешнем году в городе построено и восстановлено значительно больше, чем за все предыдущие послевоенные годы».

Взметнулся ввысь шпиль возрожденного главного вокзала, территория которого пять лет назад была плацдармом многодневных ожесточенных боев. Широкий асфальтированный Темерницкий мост, пролегший над привокзальными путями, соединил центр и западную часть города. Архитектурными воротами Ростова стали здания Центральною универмага и многоэтажного жилого дома на оживленном перекрестке улицы Энгельса и Буденновскою проспекта.

Каждый месяц пополнял список восстановленных зданий и новостроек города: управление Северо-Кавказской железной дороги, окружной Дом офицеров, Дворец культуры имени В.И. Ленина...

И особое место среди этих новостроек заняла ставшая законной гордостью ростовчан донская набережная.

Ростов, выстроенный на высоком берегу Дона, связанный с рекой от самого своего рождения, не имел благоустроенных выходов к ней. И до войны, и тем более после нее донской берег в черте города меньше всего напоминал место общественного отдыха. Вдоль реки тянулись портовые склады и пакгаузы, построенные еще предприимчивыми купцами, железнодорожная ветка, груды угля и металлического лома. А разрушения, которые принесла война, и временная оккупация города придали этому участку еще более непривлекательный и запущенный вид.

Работа предстояла огромная. Нужно было не только собрать и вывезти накопившийся металлический лом и мусор, но и спланировать территорию, благоустроить и озеленить ее.

Тридцать шесть специализированных организаций были заняла в 1949 г. восстановлением города. Более 11 тыс. человек — каменщиков и штукатуров, маляров и кровельщиков, плотников и стекольщиков — выходили каждый день на его строительные участки. И почти столько же ростовчан — рабочих и служащих, студентов и домохозяек — вышли на первый воскресник по устройству набережной. Эта цифра среди других данных о ходе строительных работ в городе прозвучала особенно впечатляюще на IX городской партконференции, открывшейся 10 апреля 1949 г.

Железнодорожная колея на набережной пригодилась: на поданные по ней платформы грузили щебень, битый кирпич, ржавые обломки металла — все, что захламляло берег. Вывезли тогда более 23 тыс. кубометров всякого мусора, а потом разобрали и сослужившую свою последнюю службу железнодорожную ветку. На расчищенный участок берега привезли чернозем для клумб и газонов, тырсу для аллей. Зашумели на Задонском ветру молоденькие тополя и клены. Вдоль облицованных камнем береговых откосов над донской водой потянулась узорная, отлитая из чугуна ограда. По вечерам здесь вспыхивали огни светильников.

Так возник на высоком донском берегу между Буденновским и Ворошиловским проспектами новый бульвар — ростовская набережная, которую строил весь город и которая сразу же стала любимым местом отдыха ростовчан.

«Беспокойный народ» трудился в эти годы на многочисленных ростовских стройках. Город восстанавливался в невиданно короткие сроки прежде всего потому, что люди не удовлетворились обычными нормами, искали и находили новые возможности повышения производительности труда. Партийные организации строительных управлений и трестов поддерживали каждое ценное начинание, распространяли почин новаторов повсюду.

Наверное, гораздо больше времени понадобилось бы на восстановление Ростсельмаша да и многих других крупных объектов, если бы не новшество, предложенное инженерами Бахметьевым, Першиным и Губановым. Они разработали и успешно применили оригинальный способ восстановления обрушенных железобетонных конструкций. Подняв их с помощью гидравлических домкратов, строители «лечили» повреждения, и конструкции снова шли в дело, которое продвигалось благодаря этому вдвое быстрее.

Получив очередной трудовой отпуск, кровельщик Петр Петрович Попов поехал к коллегам в Ленинград, Он побывал там на многих стройках и, вернувшись в Ростов с чертежами и заметками, рассказал на совещании строителей немало интересного об опыте ленинградцев.

На досках показателей против фамилий многих строителей стояли цифры «200 процентов», «300 процентов». Эта сверхнорма была привычной для участника Великой Отечественной войны коммуниста Митрофана Ефимовича Вьпряжкина. У знатного строителя послевоенного Ростова, мастера каменной кладки, были десятки учеников. Это по его инициативе на стройках города начали работать школы стахановского труда. В одну из смен М. Выпрнжкин со своими подручными Владимиром Фроловым и Иваном Иванчой уложил 15,5 кубометра бута (600 процентов нормы!) и 13220 штук кирпича.

Штукатуры Щеколдин и Болдырев, плотники Кучеренко, Ильясов и Донченко, такелажник Прощак, столяры Дмитриевский и Крепель — эти и многие другие имена знал весь Ростов.

И верными помощниками строителей были все ростовчане, безвозмездно отработавшие на очистке и благоустройству юрода десятки миллионов человеко-часов.

* * *

Подошла к концу первая послевоенная пятилетка восстановления и дальнейшего развития народного хозяйства страны, пятилетка напряженного труда. Она была особенно знаменательной для строителей города, которые в основном завершили его восстановление. Только в течение 1948 — 1951 гг. они сдали в эксплуатацию 378 восстановленных и заново построенных зданий, в том числе 228 жилых домов.

Уже в мае 1949 г. промышленность города в целом достигла среднемесячного уровня выпуска продукции, намеченного на 1950 г. Пятилетка была выполнена за три года и одиннадцать месяцев. В 3,5 раза по сравнению с 1945 г. выросло производство валовой продушин, выпускаемой предприятиями Ростова. Промышленность города дала стране 112 млн. рублей сверхплановых накоплений. К концу пятилетки Ростсельмаш, отметивший свое 20-летие, выпускал уже почти в 3 раза больше зерноуборочных комбайнов и плугов, чем до войны. На каждом третьем степном корабля, изготовленном в стране, стояла ростовская заводская марка.

Завод «Красный Аксай» не только увеличил выпуск своей продукции, но и освоил новые виды культиваторов. Впятеро больше, чем до войны, дал стране продукции «Красный Дон».

Коллектив химического завода имени Октябрьской революции, начавший широкую реконструкцию производства, построивший новые корпуса, внес существенную поправку в один из пунктов своей программы. Вместо предполагаемых убытков на 800 тыс. рублей предприятие получило в последнем году пятилетки прибыли почти миллион рублей.

На полную довоенную мощность, а кое-где и превысив ее, работали коммунальное хозяйство города, его многочисленные общественные службы и культурно-просветительные очаги. В полностью восстановленных ростовских вузах получали высшее специальное образование тысячи студентов. В городе работало более 80 школ, не считая вечерних школ рабочей молодежи, более 20 научно-исследовательских институтов, 4 театра, филармония, десятки клубов и библиотек. Зазеленели деревья, пестрели клумбы в парках, опять подлились к небу серебряные струи самого большого ростовского фонтана, в сквере возле театра имени М. Горького…

Ростовчане узнавали и не узнавали свой город: он вырос, раздался вширь, помолодел. Заново были отстроены целые кварталы. Многоэтажные, строгих и своеобразных очертаний здания, возникшие уже после войны, придали городу особый, неповторимый облик.

Возглавила трудовой подвиг ростовчан городская партийная организация, в рядах которой в последнем году четвертой пятилетки было 26586 коммунистов. Свыше 10 тыс. из них работали в промышленности и на транспорте, около тысячи — в строительных организациях.

Итоги созидательной работы в первые послевоенные годы, успешнoe преодоление тяжелейших последствий войны—яркое свидетельство жизнестойкости советского народа, патриотизма советских людей, организующей роли КПСС, убедительно показанных в книге Л.И. Брежнева «Возрождение».

Ростов-на-Дону. Исторические очерки
.