rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
Яндекс.Метрика

Содержание материала

                  ЗОЛОТО ЗАПОРОЖЦЕВ, РОСТОВСКИЙ СЛЕД

      01Со времен царя Петра I Запорожская Сечь была обречена на принудительный роспуск. Крепчая, Российская империя не могла бесконечно долго терпеть в своих пределах вольную республику. Сознавая это, казаки исподволь готовились к исходу в «чужие пределы». Особо тщательно продумывалась судьба сечевой казны, её берегли «пуще глазу» в местах, известных лишь самым приближённым к атаманской власти. В особой священной клятве посвящённые берегли великую сечевую тайну. Общий план на перспективу вызрел давно и в идеале был обустройством в любой стране Востока, Америки или Австралии, где предполагалось выкупить кусок территории и вдали от родного Днепра возродиться привычной вольницей. Золотой запас, добытый за столетия походов и грабежей, предназначался для небедного существования на новом месте.

    День «Х» пришёлся на июнь 1775 года, когда, подавив пугачёвский бунт, Екатерина II приступила к непосредственной ликвидации днепровского очага потенциального бунтарства. Разгром Сечи осуществился стремительным войсковым маршем и неожиданным захватом. Безжалостно и в короткий срок всё население Сечи было истреблено. Большая часть уцелевших ушла в Турцию. Особой команде, приданной полевым войскам, предписано было отыскать и изъять казну запорожцев. О составе золотого запаса и месте его нахождения сведения были самые противоречивые, поэтому имперская сторона укрепила сторожевые посты на юге, выстроив сплошную заградительную линию на всех подступах к Чёрному морю.

        У запорожцев была заготовлена спасительная хитрость. В путь были снаряжены два обоза, две команды, и пошли они двумя разными направлениями. Первый обоз пошёл на юг, в заведомую западню. В составе обоза были запряжённые волами три фуры, гружённые тридцатью осмолёнными дубовыми бочонками с песком и камнем. Предполагаемое развитие событий оправдалось: обоз был схвачен, весь груз без вскрытия опечатан и под усиленной охраной направлен в столицу империи. Так было выиграно немалое время для тайного прохода истинного золотого обоза по второму, главному, направлению – через Дон на Каспий, а далее в Персию. Тут, кроме всего прочего, была надежда на донских собратьев: думалось, пропустят, не выдадут. Обоз из трёх фур с тридцатью двухпудовыми осмолёнными бочонками содержал золото в монетах, изделиях и драгоценные камни. Обоз сопровождала команда особо доверенных молодых казаков. Шли ночью, а днём укрывались в оврагах и зарослях, высылая вперёд разведку. На границах земель донских казаков, что в те годы шла на север от устья реки Темерник, движение остановилось.

   02Расчёт на помощь донцов не оправдывался, подходы к Дону стерегли конные дозоры. Они отлавливали разбегавшихся сечевых казаков и услужливо сдавали их на расправу имперским воинским начальникам. Обозу пришлось затаиться и ждать, пока иссякнет верноподданнический энтузиазм донских собратьев. Надвигалась зима. К весне большая часть обозников или умерла от холода и голода, или была отловлена. Тут ко времени открылся обман с первым обозом, и власти с особым пристрастием пытали запорожцев, попадавшихся им в донских степях. Но ни пытки, ни изощрённые казни не смогли вырвать тайну заветного обоза – он исчез бесследно. Предположили, что оставшиеся в живых обозники припрятали ценный груз в надёжном месте, в дремучем лесном массиве поймы Темерника, а сами налегке ушли в Тамань к казакам-некрасовцам с надеждой вернуться, когда суета уляжется. Неизвестно, дошёл ли кто, но через год и некрасовцы подверглись разгрому, а уцелевшие бежали в туретчину.

     Так и осталась тайной судьба несметных сокровищ. Она обросла легендами и преданиями для нескольких поколений кладоискателей. И немало было таких, кто посвящал поиску всю свою жизнь. Подогревало интерес искать то, что объём и состав золота и ценностей были настолько значительными и уникальными, что за пределами России они где-нибудь непременно объявились бы. Но казачья казна не объявилась, исчезла именно на подходах к Темернику. Слухи о неожиданных находках, наводящих на след, дразнили донскую общественность весь ХIХ век. В предместьях Ростова по берегам балок и обрывистых песчаников часто находили пещеры с путанными проходами, а в них – древние предметы. И хотя вещи оказывались не запорожского происхождения, бытовала уверенность, что искать надо именно в таких укрывищах. В начале ХХ века образовалась даже акционерная компания по поиску золота запорожцев. К этому времени в балке Сухой Чалтырь, что на выезде из Ростова, нашли останки нескольких волов с упряжью и иными признаками запорожского захоронения, и поиски на много лет сосредоточились в этом районе. Ближе к 1917 году акционерное общество приобрело любопытный документ, слух о существовании которого столетие до того будоражил умы кладоискателей. Но воспользоваться этой наводящей на след картой не смогли, поскольку наступившие времена вымели всяких акционеров в дальнюю эмиграцию или, того хуже, из жизни.

 03Этот старинный пергамент с водяными гербовыми знаками размером с тетрадный лист имеет интригующую историю. Такова легенда. В первый год переселения на Дон выходцев из Крыма к ним прибился молодой казак по имени Симон. Он был умельцем-строителем и отличался необыкновенной набожностью. Ему переселенцы доверяли выбирать места под закладку церквей. Он же возглавлял бригады строителей. В 1783 году переселенцы решили построить невдалеке от Нахичевани армянский монастырь Сурб-Хач, подобный тому, что много столетий существовал в Крыму. Симон проявил в том необыкновенную активность, указал место на высоком берегу одного из рукавов Темерника. Затем много лет обустраивал монастырь и его храм, дошедший до нас в виде архитектурного шедевра XVIII века. Там и остался жить на правах рядового монаха. Через 50 лет настоятелем монастыря стал известный просветитель и поэт Арутюн Аламдарян. Он сблизился с состарившимся Симоном и из доверительных бесед узнал о некой великой тайне, терзавшей старика, мучительно сознающего нелепость предстоящего ухода из жизни вместе с клятвой о некоем несметном богатстве. Условились, что перед смертью старик откроется. Однако его уход из жизни случился не в святой обители и без исповеди. Однажды вместе с другими монахами он отправился санным путём за топливом вверх по Дону – в угольные края. На обратном пути пережидали пургу в какой-то балке. Тут на них напала стая волков. Истекающего кровью старика отбили, но до монастыря живым не довезли. Обмывая тело, обнаружили на спине татуировку в виде женской головы и трезубец – символику запорожцев. Поняли, что это карта, и скопировали.

       Слух о кончине старого казака-монаха, о татуировке, его тайне, карте удержать в стенах монастыря не удалось. По всей округе зачастил бродить всякий народ в поисках спрятанных богатств. В осеннюю ночь 1834 года явилась в монастырь банда. Монахов связали и пытали, Аламдаряна смертельно ранили. Грабители проникли в подвал храма –  искали выходы в тайные пещеры. Однако из города подоспела спасительная помощь, и бандиты бежали. Следствие по делу длилось долго, злодеев не нашли, но впредь подвал посчитали необходимым завалить землёй. Карта следствию ничем не помогла, и её оставили в монастырских бумагах…

     В 1942 году вместе с немцами в Ростов вошли и румынские части. В один из летних дней трое румын были задержаны немецким патрулём в районе Сурб-Хача за странным занятием: миноискателями они обшаривали окрестности. У них изъяли старинную бумагу с рисунком, напоминающим очертания женской головы. Румын доставили в комендатуру Нахичевани. Немцев позабавила история о сокровищах, и они снисходительно могли бы отпустить кладоискателей. Но миноискатели оказались украденными с воинского склада, и это решило судьбу румын: за воровство немцы карали беспощадно – румын тут же, во дворе комендатуры, расстреляли. Заведённое по факту дело вместе с изъятыми документами направили румынскому командованию. С известной педантичностью, передачу бумаг провели через гражданскую администрацию по месту происшествия. В нахичеванской управе в то время архивом ведал известный донской краевед и адвокат Х. А. Поркшеян. Он знал историю поисков клада и ранее слышал о карте. Тех нескольких минут, пока в его руках были бумаги несчастных румын, ему хватило, чтобы изъять из подшивки подлинник, а взамен вставить подделку.

       Так загадочный набросок женской головы на старинной гербовой бумаге дошёл до наших дней. Разгадку много раз пытались решить любители и специалисты. При всех условиях направление поисков связывается с монастырём Сурб-Хач. В его округе и после восстановления подвального помещения храма видится реальная возможность раскрыть тайну более чем двухвековой давности. Кстати, восстановление подвального помещения предусматривалось и проектом мемориала: подземная галерея от храма вела к зданию музея. Проект, к сожалению, остался неисполненным.

Публикуя карту, приводим один из вариантов её прочтения:

      – трезубец – указание на принцип масштабирования применительно к местности, при этом основной наводящий элемент: отрезок линии «топор – копье» /»Т – К»/, «серьга» – крепость Св. Дмитрия;

    – отрезок «топор – копьё» применительно к местности – береговая линия Дона между речками Темерник и Кизитеринка, с поправками на отклонение устьев за более чем два века;

       – учитывая указания трезубца, если из центра отрезка «Т – К» построить перпендикуляр и отложить на нём длину, равную «Т – К», получаем вершину условного равнобедренного треугольника, где в основании «Т – К»;

      – построив такой треугольник на карте нынешнего Ростова, найдем, что его северная вершинная точка – храм Сурб-Хач.

    Напомним, что до основания монастыря в 1783 году здесь были пустынные крутые обрывы над зарослями пойменного леса.

11 марта 2003г., «Ростов Официальный».
.