rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
Яндекс.Метрика

ЗА НАКОЛКУ НЕТ ОТВЕТА?

122Летом на ростовских улицах, а тем более на набережной или на пляже, увидеть татуировку можно довольно часто. Причём цветная бабочка на девичьем плече уже почти так же привычна, как синюшного вида "не забуду мать родную" на мужской груди. Нельзя сказать, что у нынешних ростовчан наколка в особой чести, но попадается, попадается… И на мотошоу байкеров, и в модном молодёжном клубе, и у последней пивной на окраине.

А ростовчанин Данил Корецкий, автор знаменитого "Антикиллера", даже один из своих романов так и назвал: "Татуированная кожа". Герой книги, милиционер, чтобы внедриться в уголовный мир, не только изменил фамилию, но и стал расписным - в буквальном смысле этого слова, то есть покрыл своё тело сплошным панцирем из татуировок.

А другой милиционер, точнее - бывший майор внутренней службы, Александр Сидоров, не имеет на своём теле ни одной татуировки, но знает о ней всё. Или почти всё. Потому что, закончив в 1979 году факультет журналистики Ростовского университета, долгие годы работал редактором газеты "Голос совести". Сейчас, уволившись из органов, сотрудничает с несколькими московскими и ростовскими изданиями. Но известен не этим, а тем, что за последние годы написал и издал несколько книг, посвящённых исследованию отечественного уголовного сообщества, подготовил и выпустил несколько словарей современного блатного и лагерного жаргона.

Много внимания в своём творчестве Сидоров уделяет и исследованию роли и места татуировок в арестантской среде на постсоветском пространстве. По его словам, особую символику арестантская татуировка приобрела в разгар так называемых "сучьих войн" в колониях - в конце сороковых годов прошлого столетия. "Своих" от "чужих" отличали по особым наколкам.

- Раньше уголовники были отсечены от власти - в советское время мафии не было, потому что это практически было невозможно, за редким исключением. Да и воровской закон запрещал просто общаться с ментами и чиновниками, а не то чтобы кого-то подкупать: вор сам по себе, а власть сама по себе, - говорит Александр Сидоров. - Бывало, и убивали за "неправильные" наколки, срезали их, стирали наждаком…

Сейчас это всё изменилось, мы знаем, что многие воры пошли в бизнес. Поэтому наколка сама по себе теряет свой смысл как символика принадлежности к уголовному миру. Тем более что многие сейчас, даже попадая туда, имеют в виду, что могут вернуться, раскрутиться. А идти наверх с наколками типа: "свети вору, а не прокурору" - перспектива очень сомнительная…

В настоящее время существует такое понятие в зонах: "за наколку нет ответа". То есть коли, что хочешь: хоть вор, хоть трижды вор, и трефовую масть, всё что хочешь. Никто с тебя, дурака, не спросит, - разводит руками Александр.

Сидоров собрал, как он говорит - "не меряно" материала для новой книги об арестантской татуировке. Обещает издать, как появятся "свободные" деньги.

Как часто сейчас накалывают в Ростове-на-Дону татуировки "по понятиям",  доподлинно узнать не представилось возможным. Тату-салонов, как таковых, в городе нет. А в салонах красоты делают лишь "татуаж". Подрисовывают женщинам губки и глазки. Для того чтобы выйти на связь с мастером, накалывающим "настоящие" татуировки, надо оставить свой телефон и ждать. А поговорить "на микрофон" согласился и вовсе один, представившийся коротко: "Влад. Просто Влад".

- Совершенно точно можно сказать, что тюремная романтика в России сильна, поэтому люди часто компенсируют свои какие-то слабости хотя бы вот такими наколками, - говорит Влад. - То есть нигде он не был, ни на каком лесоповале, ни на каком севере он не провёл пятнадцать лет. А окружающие не будут прямо спрашивать: где, что, как. Судя по тому, что у человека очень много синего на руке, скажут: "Ну, это крутой какой-то".

Существует желание отличиться, такое же, например, как у человека, который, понятия не имея о спорте, надевает спортивный костюм "Адидас" и гордо ходит в этом костюме. Так же и с этими наколками. Это всё зависит от человека, который выбирает: что надеть или что наколоть.

А вот другое: скорпионы и бабочки или там сатанистские дела - это делается более осознанно, с определённым желанием. Тема наколки выбирается по каталогам - в таких случаях подход к татуировке более широкий. С этими мне работать веселее…

Действительно, сильно изменилось время, а вместе с ним, естественно, и люди. Большинство из них всё же  предпочитает читать книги о татуированных героях, чем накалывать арестантскую символику на своё тело.

Недавно Данил Корецкий написал свой новый роман - "Татуированная кожа - 2"...

5 сентября 2003г., НВ.
.