rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
Яндекс.Метрика

Тайны «Мастера и Маргариты» раскрываются в Ростове

123- Чисел не ставим, с числом бумага станет недействительной, - говорил один из персонажей «Мастера и Маргариты», а именно – кот Бегемот.

Есть ли в этом и отголосок отношения самого писателя к датам, а также ко времени вообще, - не знаю, но все же хочу напомнить: 15 мая исполнилось 115 лет со дня рождения Михаила Булгакова.

Булгаков – не из тех писателей, о ком вспоминают лишь в связи с юбилеями. Вот и сейчас дата и другое событие просто совпали во времени. Другое событие заключается в том, что сегодня (еще и в эту самую минуту) в Ростове создается увлекательнейшая книга – «Большая Энциклопедия «Мастера и Маргариты».

Ее автор – Александр Сидоров – талантливо проявляет себя во многих сферах: он и поэт, и переводчик с немецкого, и журналист. Но больше всего известен, пожалуй, как знаток и исследователь языка, фольклора, нравов и обычаев уголовного мира. Поэтому и беседу с ним я начала с вопроса:

- Скажите, Александр Анатольевич, есть в тексте «Мастера и Маргариты» нечто по вашему профилю, незамечаемое обычным читателем?

- Именно изучая арестантский жаргон и быт, я сделал несколько первоначальных интересных открытий, касающихся булгаковского романа.

Помните сон Никанора Ивановича Босого о том, как его вместе с несколькими другими гражданами, арестованными за хранение валюты, привозят в театр? Там их сажают в зрительном зале, и актеры разыгрывают целое представление с тем, чтобы вынудить этих людей к сдаче укрываемых где-то в тайниках долларов, и пр. Этим людям дают понять, что некоему всевидящему оку известны тайны их личной жизни, им читают сцены из «Скупого рыцаря»…

Я был потрясен, когда в воспоминаниях бывших узников ГУЛАГа прочел о таких случаях, совпадающих до деталей.

Это – дикая фантасмагория, но, оказывается, и так было в жизни: в 20-е годы заподозренных в хранении золота (тогда шла кампания за сдачу населением золота государству) могли, как Босого, привезти для психологической обработки в театр.

- А потом – по этапу?

- Ну, нет, необязательно. По крайней мере, тогда. Вытряхивали все, что можно было вытрясти, и – гуляй пока…

- А что насчет следов уголовного жаргона в романе?

- В Энциклопедии есть глава, которая так и называется: «Ботал ли Булгаков по фене»?».

- И как, ботал?

- И быт, и жаргон тогдашнего уголовного мира Булгаков прекрасно знал.

Возьмите сцену бала у Сатаны из ранних редакций романа: персонажи играют в типично воровскую карточную игру стос – аналог дворянского штоса. При этом употребляют термины, характерные именно для этой, уголовной, среды: бита – дана, дана – бита.

В черновиках Булгакова подобного много. К примеру, в одном из эпизодов персонаж напевает мотив блатной песни «гоп со смыком», а в ершалаимской главе Варраван, освобожденный волей толпы и синедриона, насмехается над Иешуа: как хорошо, мол, что тебя замели. Типичный уголовный сленг.

В окончательную редакцию романа эта сцена не вошла, но слово «замели» возникло в финале, а в рассказе о репрессиях, которым подверглись черные коты после похождений свиты Воланда: «А тем временем старушка, узнавшая от соседей, что ее кота замели, кинулась бежать в отделение и поспела вовремя».

- А скажите, сколько Аннушек связано с обстоятельствами гибели Берлиоза?

- Две. Та, которая пролила подсолнечное масло, и вагоновожатая.

- На самом деле там присутствует и третья Аннушка. Потому что «Аннушка» - это еще и жаргонное слово 20-х годов, обозначавшее «смерть». Выражение было: «Взять на Аннушку» - то есть испугать угрозой смерти.

Согласитесь, что знание подобных вещей помогает глубже понять роман. Поэтому в моей Энциклопедии в отличие от многих других книг о романе очень большое внимание уделено атмосфере, быту, языку, даже моде тех лет. Ведь мистика Булгакова тесно переплетена с вполне конкретными реалиями.

- Велик соблазн обнаружить иной смысл, найти подтекст в каждой булгаковской строчке. Есть вот исследование, где утверждается, будто повесть «Собачье сердце» - не что иное, как пародия на внутрикремлевские интриги тех лет. И тогда профессор Филипп Филиппович Преображенский оказывается замаскированным Владимиром Ильичем Лениным, доктор Борменталь – Троцкий, кухарка Преображенского, ловко разделывающая мясо и куриные тушки, - кровожадным Дзержинским, а Полиграф Полиграфыч Шариков – Сталиным…

Как вы смотрите на такие дешифровки?

- Этих попыток много. Встречаются среди них совершенно абсурдные, но есть – не лишенные рационального зерна. Они были бы интересны, если бы их авторы не пытались полифоничные образы Булгакова свести к схемам.

В одном из исследований (содержащем, кстати, любопытные факты и наблюдения) делается такая расшифровка: мастер – это Максим Горький, Маргарита – его гражданская жена актриса Мария Андреева, Воланд – Ленин и т.д.

Допустим, какое-то сходство Горького с Мастером можно обнаружить. Но с Гоголем его еще больше. И с Маяковским есть параллели. Не говоря уже об очевидной автобиографичности образа Мастера: даже шапочка, описанная в романе, была у Булгакова, - ее подарила ему Елена Сергеевна.

А сколько желающих поставить знак равенства между Воландом и Сталиным! Но это ведь совершенно не так.

В ранних редакциях романа нечистая сила даже боролась против Сталина: Бегемот и Азазелло (точнее, тогда еще Фиелло) освобождали Мастера из концлагеря, убив при этом немалое, видимо, число чекистов.

Да и сцена на площадке Румянцевского музея (прощание Воланда и его свиты с Москвой) в черновиках выглядела по-иному: на штурм здания были брошены войска, им на подмогу летели истребители…

Более того, с 1934 г. отношение Булгакова к Сталину изменилось коренным образом.

- Что же между ними произошло?

- Не между ними - в стране. В Энциклопедии я привожу факты, которые в последнее время в публикациях, предназначенных широкому кругу, не упоминаются.

С 1934 г. в СССР началось то, что Троцкий и многие пламенные большевики назвали контрреволюцией. То есть Сталин, который еще недавно говорил, что вся история России – это история ее позора, осознал: так дальше нельзя. Перестарались, ломая традиции и сокрушая прежние пьедесталы.

Вот тогда и пошли фильмы, возвеличивающие государственных деятелей, полководцев прошлого, народу вернули новогоднюю елку, борьба с религией утратила прежнюю оголтелость.

А знаете, за что в эти годы запретили оперу Шостаковича на либретто Демьяна Бедного «Богатыри»? В ней (так говорилось в специальном постановлении!) в искаженном виде были представлены князь Владимир Красно Солнышко, крестивший Русь, его дружина и такой исторически прогрессивный акт, как… крещение Руси!

Из ссылок, лагерей стали возвращать кое-кого из старой интеллигенции, ученых–гуманитариев, отбывавших, к примеру, сроки по делу Русской национальной партии, и, напротив, начались процессы над старыми большевиками. Никто не знал, какие это скоро примет масштабы… А к этим людям ни в простом народе, ни в кругах той еще интеллигенции жалости не было: чего жалеть тех, кто разрушил Россию и был повинен в ее ужасных страданиях?

Эти перемены шли от Сталина, с его именем многие, и Булгаков в том числе, связывали надежды на дальнейшее преображение России.

Но, безусловно, Булгакова многое тяготило, он часто размышлял о взаимоотношениях художника и правителя. Писал пьесы о Пушкине и Николае Первом, Мольере и короле Людовике, а подразумевал себя и Сталина.

- Тогда можно продолжить этот ряд: описывал встречу Иешуа и Понтия Пилата, а видел себя и Сталина…

- Конечно. Ведь известно, что Сталин любил его «Дни Турбиных». Но как объяснить тогда травлю Булгакова в печати, снятие его пьес из репертуаров театров? Не ведает о том правитель? Не всесилен? Или несвободен по-своему?

Порой Булгаков пытался себя убедить, что Сталин, занятый глобальными проблемами, о его положении просто не знает, и если бы удалось встретиться со Сталиным и поговорить, то многое бы сложилось иначе…

17.05.2006г., НВ.
.