rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Яндекс.Метрика

Каменный "лик" площади

Каменный «лик» площади

Бурный рост Ростова последней четверти XIX века способствовал тому, что скорость застройки заметно влияла на его архитектурное лицо. Да, существовали генеральные планы, были возведены великолепные здания и целые ансамбли в центре, но в то же время разница в уровне, качестве этих застроек была очевидна. Впрочем, это удел многих городов. Разве современный Ростов строится не теми же методами, когда рядом с новыми зданиями стоят дома, которые можно назвать «уходящей натурой»? И это естественно, так как дома, особняки, дворцы возводили люди с разными финансовыми возможностями.

Эту «чересполосицу» в полной мере испытала и Покровская площадь, и примыкающие к ней кварталы, образующие вокруг нее своеобразное архитектурное кольцо, несущее на себе влияние полутора веков. Внутренние постройки крепости: дом коменданта, солдатские казармы были разрушены спустя два-три десятилетия после ее упразднения. В 1836 году на берегу Дона рядом с Богатым колодезем образовалось поселение Богатяновка. Оно росло очень быстро и вскоре уже насчитывало три небольших квартала. Дорога от центра поселения пошла прямо наверх. Старая дорога в крепость, по которой поднимали воду, была застроена. Образовался новый Богатянский переулок, послуживший основой деления кварталов, раскинувшихся на берегу Дона и на спуске к реке. Овраги постепенно стали засыпаться. На самом верху Богагянский переулок с западной стороны Покровской площади застраивался дальше. Большая Садовая за Покровской площадью практически заканчивалась, но статус центральной улицы обязывал. Поэтому в конце XIX — начале XX столетий на углах площади появились здания, украсившие город. Этому способствовало, как говорилось ранее, возведение Ново-Покровского храма. Земля в центре города стоила дорого, и приобрести место под застройку мог только очень состоятельный человек. Так, участок на юго-западном углу Большой Садовой и Богатянского пустовал до 1926 года! До революции его никто не покупал, а сразу после Гражданской войны советской власти было не до нового строительства. В начале двадцатых здесь временно размещался небольшой деревянный зверинец. И только в 1926 году здесь вырос «банковский дом».

129На противоположном углу в 1909 году по проекту известного ростовского архитектора Г.Н. Васильева был построен дом Прасковьи Константиновны Масалитиной. Два крыла этого дома как бы открывали собой площадь. Высокие окна второго этажа, украшенные кирпичными узорами, «приподнимали» весь дом, — радом находилась высокая колокольня церкви. Этот эффект усиливал и высокий бельведер, который венчался куполом со слуховыми окнами, украшенным высоким шпилем и с архитектурными элементами — козырьком и башенкой. Чешуйчатое покрытие купола гармонировало с каменной резьбой колокольни Покровской церкви. Г.Н. Васильев учел близкое соседство этих двух строений. Колокольня храма практически находилась на Богатянском переулке чуть севернее дома Масалитиной.

Григорий Николаевич Васильев— автор нескольких проектов учебных заведений и церквей — и не только в Ростове, но и в области. По его чертежам возводились средне-техническое училище (ныне радиотехнический колледж— Красноармейская, 11), здание городского училища имени Е.Т Парамонова (ныне здание СКНЦ BШ, ул. Пушкинская, 144), школы домоводства и кулинарии в Думском проезде (Семашко). Таким было тематическое направление его зодческих устремлений.

В начале 50-х годов бельведер дома Масалитиной был значительно упрошен. Окна на куполе исчезли — жесть сменила черепицу, вместо крошечной башенки на шпиле появился шар, все каменные ажурные украшения были разобраны.

Сравнительно небольшое по объему здание его хозяйка П.К. Масалитина использовала в полную меру. На первом этаже размещались галантерейный магазин X. Мермелыптейна, колбасная фирма «Бейтман и Кюнцельман», конфетная фабрика Н.И. Кравченко, часовой магазин Ф. ВолошиновоЙ, а также товарищество под фирмой Вейденбаха. Здесь же находилась хозяйская фабрика по производству халвы. Второй этаж сдавался под жилье нескольким семьям.

В 1920 голу здание было национализировано. В 50—60-е годы здесь работала парикмахерская, магазин «Кондитерские изделия», пивная. В 70-х — химчистка (она функционирует до сих пор), в 90-х — ателье «Экспресс» по ремонту женской и мужской одежды. Сейчас со стороны Большой Садовой находится мини-отель, на углу — кондитерская «Доходный дом», со стороны Кировского — ресторан-бар.

Выше по Богатянскому переулку к дому Масалитиной примыкал двухэтажный дом, принадлежавший настоятелю Ново-Покровского храма Лазарю Ивановичу Крещановскому. Эти два здания составляют как бы одно целое. Иллюзию усиливает в наше время их покраска в красно-белый цвет. Можно предположить, что эти здания строились одновременно. Дом Крещановского стоял как раз против колокольни церкви. Архитектор, строивший дом, подчеркнул отдаленной стилизацией кирпичного узора над окнами второго этажа кладку церковных карнизов. Похожая стилизация просматривается в сохранившемся здании церковно-приходской школы при Софийской церкви (разрушена в 30-е годы), находившейся на самой границе Нахичевани и Ростова. В 20-е годы в этом здании размещалась радиостанция, затем долгие годы — детский сад (восточная часть парка Октябрьской революции — ныне новостройка).

В настоящее время в доме, где жил Л.И. Крещановский (Кировский, 37), расположена фирма «Фортекс», агентство недвижимости «Арнко-Н» и рекламное агентство.

Протоиерей Лазарь Иванович Крещановский — настоятель Покровских храмов (второго и третьего) с 1880 года. Родился в 1843 году в селе Александровка Ростовского уезда в семье дьячка и всю жизнь посвятил служению Богу и людям. Хранил и изучал документы церкви, содержащие немало значительной статистической и генеалогической информации. По его инициативе отмечалось 100-летие второй Покровской церкви, вылившееся в настоящий городской праздник. Он активно занимался и общественной деятельностью — его неоднократно избирали в гласные городской думы. Был почетным членом Ростовского-на-Дону общества истории, древностей и природы. Книга Л.И Крещановского «Историческая записка о Покровской церкви в Ростове-на-Дону», вышедшая тремя изданиями, содержит важные и интересные сведения и о крепости Димитрия Ростовского, и о Покровских храмах. Умер Крещановский 23 сентября 1914 года. «0. Лазарь был человек идейной честности и глубоко христианской кротости и незлобивости... те, кто давно знал покойного, кто был очевидцем его почти 35-летией пастырской и общественной деятельности, в один голос свидетельствуют о той глубокой любви, о том громадном уважении, которым пользовался о. Лазарь как среди ростовского духовенства, так и всех своих прихожан и всех граждан, его знавших», — говорил в своем сообщении на заседании Ростовского общества по истории древностей и природе, посвященном памяти Крещановского, А.Т Степанов, руководитель секции документов этого общества.

С другой стороны, по Большой Садовой, 123 (ныне Б. Садовая, 113) к дому Масалитиной примыкало небольшое двухэтажное задние в 4 окна, принадлежавшее Ивану Федоровичу Балиеву. И оно по своему архитектурному рисунку также почти «совпадает» с обликом дома Масалитиной. В настоящее время в нем находятся кассы Аэрофлота, детский магазин «Медвежонок». Напротив, у пустого участка на углу Большой Садовой и Богатянского, находился дом статского советника Артура Яковлевича Вейдлс (Большая Садовая, 154 б (ныне Б. Садовая, 128), врача Богатянской тюрьмы. С ажурного балкончика дома Вейдлс открывался чудесный вид на Покровскую площадь, находящуюся наискосок метрах в пятидесяти. Ныне в этом здании располагается магазин «Обувные галлюцинации» и мир игровых автоматов «Антилопа».

На северо-восточном углу Мало-Садовой, 107 и Богатянского, 34 в начале XX века было выстроено двухэтажное здание, архитектурно замкнувшее линию площади по Еогатянскому переулку. В 1894 году на этом месте стоял небольшой домик, принадлежавший М. Александрову. В 1913 году вновь выстроенным особняком владела С.Г. Ледковская. С 1915 — П.К. Ротто. Бельведер здания венчает купол с двумя ажурными металлическими флюгерами. Небольшие декоративные башенки с овальными окнами придают зданию легкость. Чугунное литье балкона и навеса над входом усиливают это впечатление. Здания на перекрестках улиц обычно строились двумя крыльями, углом выходя на площадь. Третий особняк, очерчивающий Покровскую площадь с юго-восточной стороны (напротив «Дон-плазы»), стоит на углу Большой Садовой и Покровского. Он принадлежал братьям Сурену и Шагину Черновым. Короткие двойные полуколонны у окон третьего этажа, аляповатость, вычурность деталей заметно снижают художественную значимость этого здания. Сильно выступающие и редко очерченные контуры этих полуколонн и карнизов над окнами третьего этажа придают ему вид «печатного пряника».

Следующим небольшим домом владел Оганес Мугдан Рустамов (Большая Садовая, 146). Он не представляет особого интереса. А вот следующий особняк привлечет ваше внимание (Большая Садовая, 148). В нем жил Григорий Христофорович Чалхушьян. Внешне оно не столь эффектно, но если остановить свой взгляд и всмотреться, нас удивит гармоничность и строгость линий, говорящих о художественном вкусе его архитектора (К сожалению, имя его установить не удалось). Строгие линии полуколонн с лепниной, три уровня узоров над карнизами, тонкие декоративные украшения — все подчеркивает целостность, единство каменного ансамбля.

К сожалению, часть лома Чалхушьяна утрачена. В 1970 году началось строительство проектного института ВНИПИ «Нефть». Под его застроенную площадку было снесено три дома по улице Энгельса. Среди них — особняк, в котором жил до революции известный мраморных дел мастер — итальянец Э.Р. Меньционе. Крыльцо его особняка украшали два мраморных льва. После национализации в нем жили четыре семьи. И, как рассказывали старожилы, львы эти были выброшены на свалку. В этом доме до его сноса жил известный спортивный журналист, автор книги о знаменитом ростовском борце и тренере Ю.И. Зайеце Евгений Константинович Серов.

При подготовке площадки под строительство проектного института была снесена и восточная часть дома, в котором жил Чалхушъян, она отрезана ровно на одну колонну для проезда во двор. Пропорции здания были нарушены. Этот особняк с грациозными женскими головками и декоративным убранством строил в 1901 году ростовский купец Симоненко.

На северо-западном углу Покровского (39) и Мало-Садовой находился двухэтажный дом, принадлежавший семье Тер-Абрамианов. В нем до революции на первом этаже работала пекарня. Дом снесен в 1964 году.

Далее по Покровскому шел дом, принадлежавший заводчику бельгийцу Теодору (Федору) Нитнеру (Журавлева, 47). Особняк выстроен в строгих формах с небольшим эркером и явно предназначался не для жилья. В нем располагалось товарищество фирмы «Ф.В. Нитнер и С-мь». Во дворе стояли корпуса механического завода, выпускавшего оборудования для мельниц. Дом построен в 1897, завод — в 1902 году. После смерти отца завод перешел к ею сыну — Эрнесту Федоровичу. В советское время он стал механическим заводом № 5 имени К. Ворошилова. В 60-е годы он выпускал лебедки, редукторы, позже — строительно-дорожную технику, бурильно- крановые машины, технику для коммунального хозяйства, стандартное оборудование. В начале XXI века на заводе, перешагнувшем свое столетие, трудилось 87 рабочих— все они являются собственниками своего предприятия. Это— народное предприятие по типу, предложенному выдающимся офтальмологом и общественным деятелем, нашим земляком Святославом Федоровым. Директор завода Георгий Артемович Арутюнов, главный инженер — Наталья Дементьевна Лебедева. В административном здании заводоуправления располагается сейчас отделение «Донкомбанка» и ООО «Слуховой центр». В настоящее время в перестроенном здании располагается контора строительной фирмы "Покровский".

Всю сторону квартала Богатянского {восточная сторона) от Никольской улицы до Большой Садовой занимал особняк одного из богатейших купцов Григория Гавриловича Пустовойтова, построенный в самом начале XX века. На первом этаже находилась его контора «Пароходства по паровым шхунам». Пустовойтов занимался перевозкой грузов по Азово-Черноморскому бассейну, ему принадлежали причалы в Ростовском порту, торговые суда, магазины.

Конечно же. Пустовойтов не мог предположить, что и его огромный особняк, и сам Ново-Покровский собор, построенный на деньги его семьи, будут разрушены. Собор разои6ран в 1930 году, а дом утрачен в годы войны. И только великолепный особняк в стиле модерн, который возвел архитектор Е. Гулин в 1910 году на углу Большой Садовой и Таганрогского проспекта (ныне здание универмага), станет архитектурным памятником знаменитому ростовскому купцу-благотворителю Георгию Гавриловичу Пустовойтову.

Рядом по Большой Садовой (№ 160) находился особняк врача-гинеколога С.И. Зильбермана. Он стоял на том месте, где сейчас находится западная часть и фонтан музыкального театра — выхолил он к тротуару центральной улицы. В этом доме размещалась водолечебница общества врачей-специалистов, мануфактурный магазин И.Б. Пеккер, лечебница «Танаис» доктора Т.П. Гутнева.

Дома Пустовойтова и Зильбермана разрушены в годы Отечественной воины. В. Семин, описавший в своей автобиографической повести «Ласточка-звезда» бомбежки фашистской авиации до наступления оккупантов в город, ни чето не говорит о разрушении этих зданий. А жил писатель как раз в доме на противоположном углу. Значит, можно предположить, что эти дна здания были разрушены после угона В. Семина в Германию, всего скорее, во время налетов советской авиации или обстрелов артиллерии.

Остальные лома, находящиеся вокруг Покровской площади, никакой архитектурной и исторической ценности не представляют. Некоторые из этих одноэтажных и двухэтажных домиков дожили до наших дней. Самые «характерные» из них — Кировский, 39, примыкающий к дому, в котором жил Л. Крещановский, и Суворова, 101. Не сохранилось ни одного дома на южной стороне Большой Садовой, где сей час располагаются пятиэтажный жилой дом и музыкальный театр. В 1912 году здесь стояло пять зданий. В справочниках, изданных до революции, указывались не только хозяева домов, но и стоимость постройки, с которой владельцы платили налог. Так, дом Зильбермана оценивался в 1912 году в 68 900 рублей. Для сравнения — дом Масалитиной —14 800, Чалхушьяна — 11 700, Нитнера — 6 600, Мартынова — 24 000. Среди самых дорогих построек Ростова — доходный дом Кистова — 130 400 рублей. Самые дешевые дома стоили 50-100 рублей. Владельцы некоторых домов довольно часто менялись. В сравнении с 1894 годом в 1915 году все хозяева домов на южной стороне Большой Садовой были уже новые.

На углу Большой Садовой и переулка Покровского в квартале 67 стоял дом Ивана Григорьевича Пальмера. Недалеко находились склады его фирмы. Сам торговый дом компании Пальмера занимал особняк по адресу: Б. Садовая, 18. Склады земледельческих машин и орудий фирмы Пальмер, Грегам и К° торговали машинами, произведенными за рубежом, их поставляли с завода Р. Гаррета и сыновей, находящегося в Лейстоне.

На северной стороне Мало-Садовой (№121) и Покровского переулка, где сейчас стоят жилые девятиэтажки, находился дом, принадлежавший М.Х. Гельфериху-Саде и его товариществу. Он также владел складами земледельческих машин, примыкавших в территории завода Нитнера. Главная фирма «Гельферих-Саде» располагалась на Большой Садовой в доме Шубина, в нынешнем здании краеведческого музея. Здесь же была и маклерская контора. Музей к 250-летнему юбилею Ростова среди многочисленных экспозиций организовал выставку такой конторы (в городе до революции было более пятидесяти маклерских контор). На этой выставке посетители могли увидеть старинные весы, на которых при сделках взвешивали пурку (пробу) зерна, проверяя качества донского колоса.

Наличие на Покровском базаре такого большого количества складов сельхозмашин, как импортных, так и отечественных, и контор по их продаже, говорит о развитии сельского хозяйства на Дону в конце XIX — начале XX веков, широком применении разных машин и механических приспособлений, сеялок, веялок, косилок, сноповязок…

С Покровской площадью и церковью связано имя известного общественного деятеля второй половины XIX века, доктора медицины Георгия Ивановича Ткачева, прославившегося своей благотворительностью. На его средства в 1886 году деревянная ограда, опоясывающая Покровскую церковь и кладбище, была заменена на каменную с металлическими решетками. В 1890 году Ткачев предложил устроить в черте ограды за свои средства здание для двухклассной церковно-приходской школы. В дальнейшем он содержал ее за свой счет и был ее попечителем. Жертвовал он деньги и на строительство городской Николаевской больницы.

Один из домов Г.И. Ткачева стоял на углу Мало-Садовой (№80) и Покровского (№52) на северной части площади напротив дома Павла Христофоровича Шматова, замыкавшего южную часть площади. Рядом по Покровскому находился еще один небольшой домик (он оценивался всего в 100 рублей), принадлежавший И.Т. Ткачеву. Был ли это дом отца Георгия Ивановича или его однофамильца — установить не удалось. Особняк Ткачева на площади, судя по его стоимости — 28 тысяч 200 рублей, был довольно значительным. Все эти здания не сохранились. После Отечественной войны на их месте располагалась автобаза, в 60-е годы — таксопарк, а в конце 60-х это место было отведено под строительную площадку гостиницы «Аксинья» («Дон-плаза»).

Второй большой особняк Г.И. Ткачева, где собственно он и жил, находился в квартале от Богатянского — на углу Мало-Садовой (№60) и Острожного (Ne3), и третий дом также на Мало-Садовой, недалеко от угла Покровской площади.

Незадолго до своей смерти Г И. Ткачев в начале 90-х годов открыл небольшой театр в одном из своих домов. Он так и назывался — ткачевскнй театр, но просуществовал всего несколько лет. Администрация закрыла его, обосновав свое решение ветхостью и неприспособленностью здания.

Доктор медицины Г.И. Ткачев был богатым человеком, но о его скаредности ходили настоящие легенды. Он много жертвовал в пользу города, но одновременно был очень прижимистым. Одно из самых значительных пожертвований Ткачева —кругленькая сумма, выделенная известным врачом на строительство Николаевской городской больницы. Наряду с братьями Павлом и Владимиром Максимовыми, Иваном и Татьяной Леванидовыми, он обустроил в больнице целое отделение. Отделения носили имена пожертвователей. Ткачевское отделение (гинекологическое, рассчитанное на 18 коек) или «Павильон», как оно тогда называлось, наряду с другими подняли здравоохранение города на новый уровень.

Сям Георгий Иванович, как правило, лечил бедняков бесплатно, но зато с богатых брал довольно большую сумму, такса у него была раз и навсегда установленная — 25 рублей. Эта цена, естественно, покрывала и лечение бедных пациентов. С купчих не брезговал брать самым разным товаром. Так, булочник, у которого он покупал хлеб, обязан был каждое утро посылать ему свежий пирожок. Горожане относились к этой причуде по-разному, но с точки зрения социальной справедливости, Ткачев поступал благородно. Сам он жил очень скромно, не позволяя себе и своей семье никаких излишеств. Построив новый дом, он сдавал его в аренду, обложив своих съемщиков натуральным оброком.

Содержал Георгий Иванович и столовую для бедных при Покровском храме. Здесь летом можно было вдоволь поесть овощей, а зимой давали щи с мясом. В эту столовую собиралась голытьба со всей Богатяновки и Покровского базара.

Умер Г.И. Ткачев в конце 1896 года. Он оставил после себя около 500 тысяч рублей в недвижимости и процентных бумагах. Своему единственному наследнику завещал самую малость, все остальное — городу. В 1898 году Дума переименовала переулок Острожный, где он жил, в Ткачевский, а на стене одного из залов городской думы были вывешены портреты Байкова, Ткачева и Леванидова, пожертвовавшего на строительство городской Николаевской больницы огромные средства.

Но младший Ткачев, тоже Георгий, служивший в городской управе, подал в суд, оспаривая завещание отца, и ему удалось отсудить большую часть потерянного было состояния. Молодой Ткачев оказался, так же как и отец, человеком энергичным и интересующимся делами города. Так, благодари его настоянию в 1895 году ввели новшество: разрешение ездить по всему городу на велосипедах. Причем мнение молодого чиновника из городской управы перевесило суждения авторитетов города: владельца цементного завода Шушпанова и табачного фабриканта Кушнарева. Неотразимо подействовал аргумент Георгия Ткачева: не будем срамиться перед всей Россией и Европой.

В знаменитой тяжбе двух выдающихся ростовчан XIX века Байкова и Ткачева краеведы отдают предпочтение городскому голове Байкову, сделавшему очень многое для развития хозяйства Ростова, его благоустройства. Но пожертвования Ткачева и его завещание очень многое говорят о натуре этого незаурядного человека, его заботе о просвещении и здравоохранении города.

Итак, в самом конце века, на рубеже XIX-XX столетий в жизни Покровской площади происходят значительные изменения. И они, опять-таки, как и появление архитектурных строений, обусловливаются двумя важнейшими факторами: наличием базара и влиянием окраины города.

Возникновение пекарни (угол Мало-Садовой и Покровского), колбасного завода (Богатянский, 63), принадлежавшего Г.Г. Бейману и А.К. Кюнцельману, обязано близостью рынка. Механические заводы и склады, подступавшие к площади с севера и востока, строились практически на окраине. Вряд ли они могли бы появиться на площади у Старого или Нового базаров в центре Ростова.

Так что «лицо» Покровской площади продолжало формироваться под влиянием исторических факторов, определяемых особенностями этой территории.

В. Смирнов. «Покровская площадь»
.