rerererererererere

Ростов - город
Ростов -  Дон !

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Теги
Russian Arabic Armenian Azerbaijani Basque Belarusian Bulgarian Catalan Chinese (Simplified) Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French Galician Georgian German Greek Haitian Creole Hebrew Hindi Hungarian Icelandic Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Macedonian Malay Maltese Norwegian Persian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swahili Swedish Thai Turkish Ukrainian Urdu Vietnamese Welsh Yiddish
Яндекс.Метрика

Стихотворение о Ростове

Рахманинов в гостях у Мариэтты Шагинян

РАХМАНИНОВ В ГОСТЯХ У МАРИЭТТЫ ШАГИНЯН

     223Рахманинов не просто любил Ростов, он дружил с известной писательницей, уроженкой Нахичевани, Мариэттой Сергеевной Шагинян. В своих письмах Сергей Рахманинов называл Шагинян «милая Re».

     Мариэтта Шагинян в своей работе «Воспоминания о С.В. Рахманинове» писала, что дружба и переписка с композитором длилась пять лет, с февраля 1912 года по июнь 1917-го. Шагинян отмечала также, что в начале ХХ века в русской музыке было три наиболее известных крупных композитора: Александр Николаевич Скрябин, Николай Карлович Метнер и Сергей Васильевич Рахманинов. В эти годы Рахманинов находился в зените славы. Его концерты проходили с аншлагом. Как писала Шагинян, у писателя были свои поклонники, «рахманисты», которые ездили за ним из города в город. Таких людей сейчас называют фанатами. Шагинян была тоже поклонницей творчества Рахманинова. Она, конечно, не ездила за ним из города в город. Но зато Мариэтта Сергеевна писала композитору письма, которые подписывала «Re». В своих воспоминаниях Шагинян рассказывает, как Рахманинов приезжал к ней в гости, в ее родную Нахичевань:

     «Осенью 1915 года в Ростовской-на-Дону газете «Приазовский край», читавшейся и в Нахичевани-на- Дону – маленьком городке, который сейчас присоединен к Ростову и составляет один из его районов (Пролетарский), – появилось извещение: Сергей Васильевич дает в Ростове 20 октября фортепианный концерт из произведений Скрябина. Я все еще оставалась в Нахичевани с января 1915 года и не видела Рахманинова больше полутора лет. С большим волнением отправилась добывать себе и сестре билеты на 20-е. В дневнике моем на этот день короткая запись: «20-е октября, втор-ник… Вечером концерт С. В-ча, огромное впечатление. Он исполнял скрябинскую фантазию и 10 прелюдий ни с чем не сравнимо… Был Гнесин и другие музыканты. Поговорили немного с С.В. в артистической». За этой короткой записью память восстанавливает мне очень многое. Исполнение Рахманиновым Скрябина для всех музыкантов и любителей музыки явилось полнейшей неожиданностью. Одни считали это с его стороны «дьявольским ходом», желанием «разоблачить, раздеть» Скрябина; другие возмущались «порчей» Скрябина, которого Рахманинов, по их мнению, огрубил и «превратил в „terre à terre“» (сделал чересчур земным), и что после «серебристого» исполнения самого Скрябина, в котором оживают все мельчайшие нюансы, слушать «прозаическую» игру Рахманинова просто невозможно. И, наконец, третьи (об этом писала и Анна Михайловна) видели в его исполнении Скрябина только «акт благородства, потому что он – благороднейший человек». Нам открылось в исполнении Рахманинова совсем другое, и при всей парадоксальности этого исполнения я сразу (на слух) почувствовала, что дело обстоит гораздо проще и серьезнее. В артистической мы условились с Сергеем Васильевичем, что на следующий день в шесть часов вечера он приедет к нам. Весь день 21-го так и назван у меня в дневнике «День С. В.». Мать моя захлопоталась, чтобы угостить его традиционными армянскими блюдами («хоть и не итальянские, а тоже вкусно»), флигелек наш мы приубрали, все наши соседи, жившие поблизости, вышли из домов, чтобы посмотреть на него «хоть краем глаза». Он приехал из Ростова на трамвае и оставался всего часа полтора, так как вечером же уезжал на концерты в Баку».

     224Как пишет Шагинян, 6 ноября 1915 года Рахманинов также приехал в гости к ней в Нахичевань. У них состоялся интересный разговор. Сергей Васильевич был в плохом настроении, почти ничего не ел за ужином. После ужина Рахманинов спросил у Мариэтты Сергеевны: «Как вы относитесь к смерти, милая Re?» Шагинян была молода, она еще не знала чувства «страха смерти» и не поняла вопроса Рахманинова. Мариэтта Сергеевна ответила, что не думала об этом, что живет с таким чувством, словно будет жить вечно. В это время мама Мариэтты Сергеевны принесла из кухни и поставила перед Сергеем Васильевичем Рахманиновым жаренные в соли фисташки. Шагинян вспоминала, что Рахманинов эти фисташки очень любил. Поэтому он с удовольствием начал их кушать. Потом рассмеялся и сказал: «За фисташками и страх смерти куда-то улетучился. Вы не знаете куда?»

     В годы Гражданской войны Сергей Васильевич Рахманинов покинул родину. Он жил в Копенгагене, с успехом гастролировал. Затем перебрался в Нью-Йорк. В США его высоко ценили как пианиста. Но композитор тосковал по родине, по России. Исследователи творчества Рахманинова считают, что до 1926 года у него наблюдался творческий кризис. Но потом вдохновение вновь возвратилось к великому композитору. Рахманинов пишет замечательные произведения, концерты и песни.

     В 1941 году Рахманинов закончил свое последнее величайшее произведение – «Симфонические танцы».

     В годы Великой Отечественной войны Рахманинов помогал Красной армии. Денежные средства от своих концертов он перечислял в фонд помощи Красной армии. Надо заметить, что при этом Сергей Васильевич советскую власть не любил. Умер композитор в 1943 году в Беверли-Хиллз, в штате Калифорния (США).

     Его подруга и поклонница, известная советская писательница, автор Ленинианы Мариэтта Сергеевна Шагинян старалась не замечать нелюбовь Рахманинова к советской власти. В работе «Воспоминания о С.В. Рахманинове» она написала: «Рахманинов был глубоко русский человек. Он любил русскую землю, деревню, крестьянина, любил хозяйничать на земле, сам летом брал косу. Когда С.И. Танееву не понравился один из его «Этюдов-картин» – картина русской природы с дождиком, – он мне сказал: «А моросняка-то моего Танеев так и не понял». И Рахманинову пришлось умереть и быть похороненным в чужой земле. Мы знаем сейчас, что он тосковал по родине, очень страдал от разлуки с ней. И хочется, чтобы дух его музыки, уроки его мастерства, светлый и милый образ его как музыканта, огромная требовательность его к себе были восприняты молодым поколением советских музыкантов, освоены и вошли в советскую музыкальную культуру как дорогое наследство.

     Кратово. Апрель 1955 г.»

     К счастью, музыка Рахманинова живет не только во всем мире, но и на его родине, которую он так любил. Эта музыка бессмертна.

ГЕОРГИЙ БАГДЫКОВ
НАХИЧЕВАНЬ.RU
 
.